Читаем Джунгли полностью

Раздача супа производилась в опасном для Юргиса районе «Леве», где его могли узнать. Но все же он ходил туда, потому что дошел до отчаяния и даже Брайдуэлл начинал казаться ему желанным приютом. До сих пор стояла хорошая погода, и он каждую ночь спал где-нибудь на пустыре. Но вдруг на город упала тень приближавшейся зимы: подул холодный северный ветер и полил дождь. В этот день Юргису дважды пришлось тратить деньги на выпивку, чтобы получить право укрыться в пивной, а ночью он за последние два цента забрался в погребок, торгующий прокисшим пивом. Это заведение содержал негр, который собирал в пивных испортившиеся остатки пива, обрабатывал их какими-то химикалиями, чтобы они «пенились», и продавал этот напиток по два цента за кружку, причем в цену входило право проспать ночь на полу вместе с другими бродягами.

Все эти бедствия Юргис воспринимал особенно тяжело потому, что всегда сопоставлял их с утраченными возможностями. Опять подошло время выборов — через пять или шесть педель избиратели по всей стране будут выбирать президента. Юргис слышал, как об этом разговаривали бродяги, среди которых он теперь жил, видел улицы города, украшенные плакатами и знаменами, и нет слов, чтобы описать горе и отчаяние, терзавшие его.

В один из наступивших теперь холодных вечеров голодный и отчаявшийся Юргис стоял на перекрестке. Он весь день просил милостыню, и ни одна душа не откликнулась на его просьбы. Вдруг он заметил выходившую из трамвая старую даму с зонтиком и свертками, помог ей выбраться и рассказал «историю своих несчастий». Когда он ответил на все недоверчивые вопросы, она повела его в закусочную и, заплатив четверть доллара, заказала для него обед. Ему подали суп, хлеб, вареное мясо, картошку, бобы, пирог и кофе, и когда он кончил, живот у него был тугой, как футбольный мяч. На улице, сквозь дождь и мрак, он увидел мерцавшие вдали красные огни и услышал грохот барабана. Сердце у него забилось, и он бегом пустился в ту сторону, наверняка зная, что там начинается политический митинг.

До сих пор предвыборная кампания проходила, по утверждению газет, необычайно вяло. Избиратели почему-то не желали увлекаться борьбой партий. Их никак не удавалось заманить на митинги и заставить там пошуметь. До сих пор в Чикаго не удалось организовать ни одного удачного митинга, и в этот вечер, когда выступать должен был сам кандидат в вице-президенты страны, устроители страшно волновались. Но милостивое провидение послало ледяной ливень, и теперь достаточно было пустить несколько ракет и забить в барабан, чтобы бездомные бродяги сбежались со всей округи и наполнили зал. А назавтра газеты опишут бурные овации и добавят, что на собрании не было фешенебельной публики в «шелках» и что, следовательно, политика высоких таможенных пошлин, которую поддерживает почтенный кандидат, встречает полное одобрение трудящихся классов страны.

И вот Юргис очутился в большом зале, украшенном знаменами и флажками. После краткой речи председателя поднялся главный оратор, встреченный оглушительными звуками оркестра. Каковы же были чувства Юргиса, когда он узнал знаменитого и красноречивого сенатора Спершэнкса, выступавшего некогда перед Республиканской ассоциацией и способствовавшего избранию друга Майка Скэлли, маркера из пивной, в члены Чикагского муниципального совета.

При виде сенатора у Юргиса на глаза навернулись слезы. Как мучительно было вспоминать те золотые дни, когда и у него было свое местечко у пирога, когда и он принадлежал к тем избранным, через которых управляют страной, когда и он мог черпать из агитационного бочонка! Вот опять происходят выборы, на которые республиканцы тратят уйму денег; и, не будь этого злосчастного случая, Юргис тоже получил бы свою долю, вместо того чтобы умирать с голоду.

Красноречивый сенатор объяснял систему покровительственных тарифов — остроумный порядок, при котором рабочий позволял фабриканту повышать цены на товары, с тем чтобы была повышена и его заработная плата. Таким образом, он одной рукой вынимает деньги из своего кармана, а другой кладет часть их обратно. Сенатору эта уникальная система представлялась высшим законом мироздания. Только благодаря ей страна Колумба — действительно жемчужина океана; все ее будущие триумфы, ее мощь, доброе имя среди других народов зависят от усердия и преданности граждан, поддерживающих тех, кто работает для утверждения этой системы. Общее имя всех этих героев — Великая Республиканская Партия…