Читаем Джон Уиндэм полностью

За всем тематическим многообразием писателя скрывается необычайно стойкая приверженность его к определенным литературным образцам, областям знаний, идеям. О том, кто послужил образцом для Уиндэма, мы уже знаем. Послушаем все-таки, что говорит об этом сам писатель. Тогда мы лучше поймем, чем в первую очередь он обязан Уэллсу.

«Насколько я помню, решающее влияние оказали на меня прежде всего уэллсовские «Война миров» и «Машина времени», - рассказывает Уиндэм. — Я убежден, что Джон Уиндэм появился на свет не без очень заметного их участия. Они были написаны задолго до того, как кому-либо пришел в голову термин «научная фантастика», но до сих пор служат, по-моему, примером того, как надо соблюдать меру науки и литературы.

Всякая честная попытка проникнуть в будущее заинтересует, наверно, очень многих, но людям до смерти надоело все это научное щегольство. Так давайте поменьше растолковывать, что и как, побольше просто рассказывать и, чем занимать свой ум вопросом о будущем аборигенов Урана, заинтересуемся лучше, что может случиться с нами, нашими друзьями, всем, что нас окружает».

Уиндэм опубликовал всего один роман непосредственно о космосе — «Толчок вовне», да и то в сотрудничестве с другим автором, Лукасом Паркесом. Действие остальных его романов происходи! на земле и обычно во времена, не так далеко от нас отстоящие. И он не обременяет нас техническими деталями. Он горячий противник жюль-верновской школы, возродившейся в США на материале новой науки, и детали — в том числе и технические — нужны ему лишь постольку, поскольку они нужны всякому другому писателю: для достоверности, реалистичности, правдоподобия — не более того.

К тому же у Джона Уиндэма есть свой (прямо надо сказать, доступный не каждому) способ заставить нас поверить в реальность происходящего: верность людским характерам. Как справедливо пишет американский критик и писатель-фантаст Даймон Найт, «Уиндэм достигает своего магического эффекта совершенно домашними средствами. Он заставляет вас верить в самые невероятные вещи просто потому, что они случились с людьми, которых вы знаете».