Читаем Джокер полностью

— Ты в порядке? — заботливо спросил Корсаков.

— Да. Нет. Не знаю, — она обхватила локти руками и слегка поежилась. — Кажется, начинается реакция. Мне нужно показать наши трофеи доктору Тищенко, сейчас я не могу обратиться ни к одному медику на планете. Никита, если это, — она кивнула на контейнер, — то, что я думаю, Бельтайну не отмыться никогда. Десять лет, подумать только, десять лет… Семь комплексов… Черт возьми, я всегда гордилась своими способностями аналитика, но сейчас я отдала бы все что угодно, лишь бы ошибиться. Потому что если я права… Господи всеблагий…

— Погоди, — коротко бросил Корсаков и выскочил из катера. Платформу затаскивали в грузовой отсек, охранение бдительно следило за подступами к пляжу. Терехов, покачиваясь с носков на пятки, наблюдал. Никита подошел к нему вплотную.

— Даниил, у вас или ваших людей есть что выпить? Что-нибудь крепкое?

— Майор Гамильтон? — понятливость лейтенанта Корсакова не удивила, непонятливые в десанте не служили.

— Транквилизатора, судя по всему, хватило ненадолго, ей явно необходимо…

— Секунду… Одинцов!

— Я! — подскочил тот самый сержант, который управлял эхолотом.

— Флягу давай.

— Эээээ… — парень замялся, смущенно покосился на командующего. — Господин лейтенант, у меня там не водка…

— Я знаю. Давай-давай, это даже хорошо, что не водка. Авось быстрее поможет. — Терехов выхватил флягу из рук сержанта и протянул ее Корсакову со словами: — Вы только проследите, чтобы она выдохнула перед глотком. Федор у нас парень простой, ничего, кроме новоросского самогона не признает.

Никита метнулся к катеру. Одинцов вытаращился на командира:

— Это для майора Гамильтон?! Да как же… Она ведь… дама…

— Она боевой офицер. Боевой офицер, на которого свалилось слишком много всего и сразу. А что дама… дамы разные бывают, Федя. Здешние пилоты не в теплицах растут и не в бальных залах служат. Ты ее при всех регалиях видел? Нет? А я видел. Ордена и звания за красивые глаза не дают. Да и на «Александр» она не на прогулочной яхте прилетела, если ты не в курсе. Что мы внизу нашли — это ж ни в сказке сказать, ни матом выругаться, ну, ты сам все видел. Уж на что я тут человек посторонний — и то мороз по коже. А представь, что ты такое на своем родном Новороссе отыскал, считай, у себя дома. Осознал? То-то же. И еще машину ее взорвали, для комплекта… Так что не переживай, Одинцов, ей сегодня твой самогон — что слону дробина. — жестом отпустив подчиненного, Терехов осмотрелся и скомандовал: — Все, мужики, заканчиваем здесь и пошли, пора возвращаться.

В это время вернувшийся в катер Никита подробно объяснял Мэри технику пития новоросского самогона. Заинтересованная и несколько настороженная бельтайнка послушно выдохнула и отхлебнула из фляги. Ей показалось, что по пищеводу пронесся сгусток жидкого пламени и взорвался в желудке. Сразу стало почти жарко, в голове мгновенно прояснилось, а потом приятно зашумело. Разом ослабли колени. Мэри огляделась и опустилась в кресло рядом с тем, в котором лежали контейнер и штатив с пробирками.

— Ну ничего себе… Что это такое? — она повертела флягу в руках, поднесла горлышко к носу и втянула воздух слегка раздувшимися ноздрями. Резкий запах спирта был почти заглушен ароматом незнакомых трав. Даже вдыхать его оказалось неожиданно приятно.

— Я же тебе сказал: самогон, — ухмыльнулся Никита.

— Да ладно, подумаешь, виски тоже самогон, но это… — Мэри уважительно покрутила головой. — Это можно использовать вместо анестезии при хирургическом вмешательстве.

Начавшие подниматься в катер десантники услышали данное ею определение и дружно расхохотались. Одинцов надулся от гордости:

— Я деду обязательно расскажу, госпожа майор, что нашлась женщина, которой его творение по вкусу пришлось. Только он не поверит, наверное, до сих пор таких не было. Уж на что у меня бабка крепкая, и то ругается!

— Передайте вашему деду, господин… — «Одинцов», подсказал, склонившись к ней, Корсаков. — Передайте вашему деду, господин Одинцов, что если он захочет поставлять это пойло на Бельтайн, я помогу вашей семье организовать здесь рынок сбыта. Достойнейшая вещь этот ваш самогон, им бы надо комплектовать корабельные аптечки, — она осторожно сделала еще один глоток и, удовлетворенно кивнув, протянула было флягу владельцу, но тот только головой покачал:

— Оставьте себе, госпожа майор, вам нужнее.

Терехов между тем вернулся из грузового отсека и теперь шел по проходу, проверяя, как пристегнуты пассажиры. Остановился возле кресла со штативом и контейнером, скептически поджал губы и извлек откуда-то сверху большую сумку с лямками. Вытряхнув ее содержимое прямо на пол (это оказались брикеты сухого пайка), он засунул в сумку сначала контейнер, потом штатив. Закрытую сумку он поставил на сиденье кресла, продернул ремни через лямки, застегнул их и подтянул до предела. Пробормотав что-то вроде: «Ну вот, совсем другой разговор», он отнес пайки в грузовой отсек, занял свое место и скомандовал пилоту взлетать.