– Нет. Терпеть не могу это имя. Идея! Лори богат не хуже принца. Что, если мы встретимся с ним во время тура? Когда я буду рисовать Колизей!

– А Артур куда подевался? – поинтересовалась Мег.

– Артур… упал в колодец… и сломал себе шею.

– Жаль его, – отозвалась Джо. – И тебя, бедняжку.

– Да. Я жалостно и исступленно рыдала в свой распрекрасный кружевной платок, пока Лори не прискакал за мной на коне с каретой, полной шоколадных конфет. – Эми выставила подбородок вперед. – Хочу Лори.

– Тебе нельзя быть с Лори, – заметила Мег. – По сюжету не получается. У вас нет даже взаимной симпатии друг к другу. Кстати, забираю свои слова про немецкого профессора назад. Разумеется, Джо сама должна выйти за Лори.

– Разумеется?! – с негодованием воскликнула Джо. – Ничего подобного!

– Ничего подобного! – охотно согласилась с ней Эми.

– А вот и да! – Мег раздраженно сорвала с куста червивый, недоспелый помидор. – Это предписано судьбой, ее же собственной рукой, в «Родриго с Севера». Там в третьем акте есть скандальная сцена, в которой Лоренс с возлюбленной сбегают, чем разбивают материно сердце.

Джо кипела от возмущения.

– Мерзкая плагиаторша! Не смей воровать третий акт из «Родриго»!

Эми вскинула голову.

– Я по-прежнему считаю, что моя версия лучше.

Мег отшвырнула несчастный сорванный овощ в покрасневшую от гнева Джо.

– Вот тебе! Джо Марч, помидор, самый настоящий!

Было заметно, что Джо с удовольствием запустила бы этим несуразным зеленым мячом сестре прямо в голову.

Эми захихикала, несмотря на старания сохранять обиженную мину.

– Ты хотела сказать Джо Лоренс, они ведь уже сбежали.

– Христофор Колумб! Хватит! – рявкнула Джо. – Неудивительно, что вас называют слабым полом!

Эми и Мег не смогли удержаться от хохота.

Легкий румянец на щеках Джо превратился в пунцовый.

– Отлично. Забирай Лори. Мне он не нужен. Но вам придется жить здесь. Я не могу скакать туда-сюда через океан и писать про две страны. Иначе так и буду описывать города до бесконечности.

– А Бет? Что будет с ней? В книге, я имею в виду, – спросила Эми. – В книге она еще жива.

Повисло недолгое молчание. Старшие сестры искоса глядели друг на друга. Как они могли представлять свое будущее без сестры? И каким бы оно было, если бы она осталась в живых?

– Бет станет знаменитой пианисткой, тут все ясно, – решительно ответила Джо.

Она пыталась отогнать от себя воспоминания о последних днях Бет, о том, как Лори наигрывал ее любимые мелодии на небольшом пианино, снова и снова, снова и снова…

– Пианисткой? Да, конечно, – одобрила Эми. – Это означает, что она будет гастролировать по миру, как и я. Я – человек искусства, Джо. Конкорд не для меня.

– Нет, ты останешься. Я разрешу тебе нянчить близнецов. – Несмотря на попытку придать своему голосу жизнерадостности, Мег выглядела чересчур бледной. – Дейзи и как-его-там. Если заслужишь мое доверие. Близнецы – это огромная ответственность. Надобно много терпения, и доброты.

Эми выглядела испуганной.

Мег заколебалась.

– Ну я, конечно, должна буду посоветоваться с Бруком, но раз уж так случилось, что я – мать его детей…

Джо посмотрела на Мег, будто та несла полную околесицу.

– Это всего лишь камень и маргаритка. Я думаю, Эми справится.

– Даже не сомневаюсь, – подтвердила повеселевшая Мег. – Я научу ее, как правильно все делать.

– Кстати, ты скорее всего умрешь при родах: близнецы – дело не шуточное. Я еще не решила. Но если это произойдет, Брук будет вечно благодарен Эми, ведь она станет единственной матерью, которую запомнят твои бедные дети. Может, они с Бруком даже поженятся после твоей смерти.

– Что?! – хором воскликнули Мег и Эми.

– Ты собираешься меня убить? – в ужасе вскричала Мег.

– А мне вешаешь на шею близнецов? – в шоке ахнула Эми. – Пускай тогда лучше я умру.

– Отлично! В книге никто не выходит замуж! – раздраженно подытожила Джо. – Напишу манифест феминизма! Который превзойдет творение самой Маргарет Фуллер. Героини посвятят себя труду и исполнению своих творческих способностей!

– Как-то уж слишком нравоучительно, – заметила Мег. – И скучновато.

Эми надула губы.

– Никаких принцев? Никаких замков? Никакого Лори?

– Ничего! Я автор, и это лучше оставить полностью на мое усмотрение.

– Как с лаймами? – прошипела Эми.

– И с одолженным платьем, – фыркнула Мег. – Или вдовствующей тетушкой?

– Именно, – отрезала Джо, вставая. – Пойду прямиком на чердак ломать ваши несчастные судьбы. – Ей немного полегчало.

Как следует разругаться с сестрами помогало иногда даже лучше, чем растирание в руках помидорных листьев.

И пока Джо смаковала свой маленький триумф, ее снова посетила мысль о том, как вообще можно быть довольной судьбой, в чем бы она ни заключалась, если она сама – несчастна.

5. Жар и холод

– Возможно, когда-нибудь ты будешь счастлива от того, что знаменитая писательница Джозефина Марч увековечила тебя в своих романах, – сказал Лори, дергая Эми за локон, влажный от нехарактерной для поздней весны чудовищной жары. Погода стояла почти совсем летняя.