За ужином миссис Джеральд была с ней очень мила. Она пригласила их на следующий день покататься вместе вдоль Гайд-парка. Вечером они ужинали в «Кларидже», после чего ей пришлось в соответствии с прежними договоренностями отправляться в Париж. Она эмоционально попрощалась с обоими, испытывая при этом грустную зависть перед тем, как повезло Дженни. Лестер совершенно не утратил в ее глазах своего очарования. Он даже казался еще лучше, более внимательным, более цельным. Вот бы он был свободен… Лестер – пусть и подсознательно – думал о том же самом.

Что до него, и, несомненно, по той причине, что она об этом думала, ему пришлось подробно разобрать в мыслях все то, что могло бы произойти, женись он на ней. Они так хорошо сейчас подходили друг другу – с философской, творческой, практической точек зрения. Беседа текла между ними самым непринужденным образом, словно между двумя старыми товарищами-мужчинами. Она всех знала в его светском кругу, который равным образом был и ее кругом – в отличие от Дженни. С ней можно было обсуждать определенные жизненные тонкости так, как было невозможно между ним и Дженни, у которой для этого не хватало словарного запаса. Мысли Дженни текли не так быстро, как у миссис Джеральд. Ее природе была свойственна более глубокая, всеобъемлющая, сочувственная и эмоциональная нота, но выразить все это в легкой беседе она не могла. В жизни она была самой собой, возможно, это Лестера к ней и привлекло. Но вот сейчас и в других подобных ситуациях она выглядела обузой – и фактически ею была. Лестеру теперь казалось, что миссис Джеральд в конце концов стала бы лучшим выбором – во всяком случае не худшим, и ему не пришлось бы сейчас мучиться мыслями о будущем.

Они больше не встречались с миссис Джеральд, пока не достигли Каира. В саду при отеле они неожиданно снова с ней столкнулись, вернее, столкнулся Лестер, поскольку в тот момент прогуливался и курил в одиночестве.

– Вот это удача! – воскликнул он. – Как ты тут очутилась?

– Не поверишь, прямиком из Мадрида. Только в прошлый четверг узнала, что еду. Элликотты сейчас здесь, я приехала с ними. Знаешь, я тоже думала о том, где вы теперь, потом вспомнила, что вы собирались в Египет. А твоя жена где?

– Подозреваю, принимает ванну. В такую жару Дженни хочется в воду. Я и сам думал окунуться.

– Ах, – вздохнула Летти какое-то время спустя, пока они прогуливались по саду. На ней было легкое платье из голубого шелка, а над плечом изящно покачивался бело-голубой зонтик. – Иной раз я задумываюсь над тем, что мне делать. Нельзя же все время так бездельничать. Наверное, стоит вернуться в Штаты и поселиться там.

– И что тебе мешает?

– А какая мне от того польза? Замуж я не хочу. Мне и не за кого выйти, чтобы я сама того хотела. – Она многозначительно посмотрела на Лестера и отвела взгляд.

– Ну, рано или поздно кто-нибудь да обнаружится, – довольно неловко ответил он. – Долго ты одна не продержишься, с твоими-то красотой и деньгами.

– Ах, Лестер, будет тебе!

– Хорошо, не хочешь – и не надо. Мое дело предупредить.

– Ты все еще танцуешь? – вскользь поинтересовалась она, думая о том, что сегодня вечером в отеле дают бал. Несколько лет назад он танцевал отменно.

– А я что, похож на танцора?

– Лестер, ты ведь не хочешь сказать, что бросил последнее из самых замечательных искусств? Я вот до сих пор люблю танцевать. А миссис Кейн?

– Нет, ей это не нравится. Во всяком случае, она не танцует. Если задуматься, тут, наверное, моя вина. Танцы мне уже давно в голову не приходят.

Он сообразил, что уже давно не был почти ни на каких светских мероприятиях. Возражения, порожденные его нынешней связью, положили тому конец.

– Потанцуй со мной сегодня вечером. Твоя жена против не будет. Зал тут замечательный, я его утром видела.

– Надо подумать, – ответил Лестер. – Я уже давно не практиковался. В моем возрасте это, вероятно, не так легко.

– Будет тебе, Лестер! – воскликнула миссис Джеральд. – Теперь я тоже себя старухой чувствую. Что это еще за разговоры? Боже милосердный, Лестер думает, что постарел.

– Я обрел опыт, моя дорогая.

– Фи, это лишь делает нас привлекательней, – ответила его бывшая возлюбленная.

<p>Глава XLV</p>