Читаем Джекпот полностью

– Ммммм… – Яна встала с кровати и со стоном рухнула обратно, схватив себя за виски. Гриша с трудом поднялся и медленно двинулся в сторону кухни.

– По ходу дела сегодня даже я чувствую себя лучше, чем ты. Сейчас принесу воды. Где у тебя аптечка?

– На кухне, слева от плиты, наверху.

Гриша принес таблетку от головной боли и стакан воды.

– Выпей, через пятнадцать минут как рукой снимет. Яичницу ты, значит, не сможешь приготовить?

– Смогу. Чуть позже.

– Лежи уже, на тебя больно смотреть.

Гриша снова проковылял в сторону кухни. Яна, превозмогая головную боль, которая усиливалась, как только она открывала глаза, полезла в телефон. Пропущенные звонки от секретаря, коллеги и начальника. Она мучительно соображала, что сказать в свое оправдание. Телефон зазвонил.

– Это начальник. Что делать? Он меня убьёт. Алло, Петр Георгиевич, здравствуйте.

В трубке слышались крики, Яна слегка отодвинула телефон от уха.

– Я… У меня возникли проблемы со связью. Я…

В трубке снова слышались громкие мужские возгласы.

– Я приболела и не могу выйти сегодня. Я отработаю…

Гриша вошел в комнату. Яна продолжала лепетать в телефон:

– Я сегодня точно не смогу, но отработаю в субботу. Я…

Гриша резким движением вырвал телефон у нее из рук, и, пока девушка пыталась встать с кровати, громко и уверенно продолжил разговор.

– Слушай меня внимательно. Яна больше на работу не выйдет. Кто? Её адвокат, устроил ответ? Больше не звони сюда, она свяжется сама, когда освободится.

Гриша бросил телефон на кровать.

– Я не смог включить плиту, у тебя газовая. Покажи, как работает.

Яна ошалело смотрела на него, открыв рот.

– Серьезно? Вот так просто пойти включить плиту? Ты что наделал? Меня теперь уволят!

– Не верно. Это ты уволилась. Зачем терпеть? Сама же вчера говорила, как ненавидишь каждый день в этом офисе. Не о чем жалеть.

– Да на что я жить буду?!

– Разберёмся. Ты мне плиту включи сначала. А сама лучше сходи умойся. А то… В общем, я на кухне.

Яна по пути заглянула в зеркало ванной и решила сперва привести себя в порядок. Из-под опухших век с трудом пытались смотреть заплывшие туманом глаза. Под ними размазанная тушь расходилась кругами, как у панды. Волосы справа торчали в сторону, будто она сделала себе начёс. Домашняя майка была чем-то испачкана в области груди. Яна облизала пересохшие губы и принялась чистить зубы.

Когда она вошла в кухню, на плите уже жарилась яичница. Гриша сидел за столом, деловито нарезая сыр.

– О, совсем другое дело. Хоть на человека похожа.

– Как ты плиту включил?

– Не люблю ждать. Загуглил, как включать газовую плиту. Оказалось не сложно.

Яна села за стол и обхватила голову руками. Гриша спросил:

– Болит?

– Уже отпускает.

– Чего нахмурилась тогда? Забей ты. Это не последнее место на планете Земля, где можно работать с утра до вечера за гроши.

Яна посмотрела на него испепеляющим взглядом.

– Ладно, не обижайся. Но я же прав? Расскажи лучше, что за кредит? Как тебя угораздило связаться с этой темой?

– Долгая история и не очень приятная.

– А я никуда не тороплюсь. Держи, твоя порция глазуньи, – Гриша поставил перед ней тарелку и положил рядом вилку, – Зачем деньги брала у банка?

– Для бизнеса.

Гриша вопросительно взглянул на неё.

– Не для своего. Я встречалась с одним человеком и ему понадобились деньги, чтобы вложить их в дело. Он обещал их быстро отдать.

– А почему он сам не взял кредит?

– Банк не давал, потому что у него не было официальной постоянной работы.

– Деньги он тебе не вернул и пропал, я угадал?

– Да. В один момент исчез и связи нет с ним. Я сначала волновалась, думала, что с ним произошло что-то плохое.

– А теперь что изменилось?

– Думаю, что прогорел его проект и он решил скрыться.

Гриша с улыбкой покачал головой.

– Знаешь, что я тебе скажу? Скорее всего не было никакого бизнеса. Он на твои деньги живёт припеваючи, или машину себе купил, или отдохнуть поехал. Есть люди, которые таким способом себе "зарабатывают" на красивую жизнь. Много взяла в кредит?

– Два с половиной миллиона.

Гриша присвистнул.

– Так вот почему ты просила такую сумму за моё проживание. Грезишь тем, чтобы скорее рассчитаться? В месяц сколько отдаешь?

– Почти всё с зарплаты, остаётся на жизнь немного. За квартиру заплатить и на еду.

– И давно так живешь?

– Больше года. Прошлой осенью брала.

– А сейчас декабрь. Ну, да. Ясно.

– Теперь ты понял, почему из-за работы переживаю? Пока найду новое место, пока устроюсь – где на очередной взнос по кредиту брать?

– Вчера ты собиралась лететь в Париж. На это ты откуда деньги планировала достать?

– Париж? Ох… Значит, я была сильно пьяна.

– Ты сказала, это твоя мечта. Что удивительного?

– Это скорее что-то навязанное красивыми фильмами или историями тех, кому повезло.

– В смысле?

– Ну, вроде как мечтать о Париже – красиво, романтично. Кроме него есть много других мест, куда можно поехать. Если подумать, то поездка в Новую Зеландию, например, не менее романтичная мечта. Хотя о чем тут говорить, когда я порой кошачий корм на последние деньги покупаю.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза