Читаем Джейк полностью

Изабель не могла разобраться, почему эта мысль волновала ее. Она не настолько глупа, чтобы позволить себе увлечься совершенно неподходящим мужчиной, и не могла вообразить худшей доли, чем оказаться здесь беспомощной, вынужденной зависеть от Джейка Максвелла.

У этого человека нет гордости. Неужели он не понимает, насколько прозрачны его нападки на фермеров? Или думает, что Изабель собирается считаться с его словами только потому, что он сказал их?

Интересно, почему Максвелл управляется на ранчо один? Но, впрочем, у него, может быть, и нет скота. Она не видела ни одного животного. Судя по всему, он ворует скот у фермеров.

Изабель приказала себе выбросить Джейка Максвелла из головы. Кто он такой и чем занимается — не ее дело. Ее задача — проследить, чтобы мальчики устроились в новых домах. Что до мистера Максвелла — что ж, она полагает, фермеры позаботятся о нем.

Пора двигаться, или они опоздают. Изабель оглянулась в поисках братьев Аттмор.

— Чет, скажи Хоуку, чтобы запрягал лошадей.

— Да, мадам, — вежливо ответил мальчик. Чет и Люк Аттморы оставались загадкой для Изабель. Она не могла понять, почему никто не хотел брать их. Они были рослыми, приятными мальчиками, очень взрослыми для тринадцати и четырнадцати лет, хорошо воспитаны и делали все, о чем она просила.

— Шон, ты и Пит поторопитесь с уборкой. Я хочу, чтобы мы выехали через полчаса.

Эти двое были странной парой — высокий, неуклюжий Шон с широким лицом и Пит, с вьющимися волосами и резкими острыми чертами лица. Зеленые глаза Шона весело подмигивали, темно-карие Пита были полны недоверия.

Мальчики двигались медленно. Изабель понимала — они так же волнуются по поводу новых мест, как и она, но под влиянием времени и жестоких обстоятельств их чувства очерствели настолько, что ребята легко делали безразличный вид. Однако вокруг них витало ощущение отчаянной надежды.

— Я еще не доел, — сказал Брет, когда Пит попытался взять его тарелку. Он бросился на Пита, но малыш отпрыгнул. От удара большого кулака Шона Брет упал. Пит поднял отлетевшую в сторону тарелку, они с Шоном отвернулись, словно ничего не случилось. Никто из ребят не обратил внимания на инцидент.

— Поторапливайтесь и снимайте ботинки, — приказал Мерсер.

— Нельзя ли оставить их? — спросил Чет. — Я не хочу показываться босым.

— Ты получишь их, когда будет нужно, — ответил Мерсер. — Ну, живее, лезьте в фургон.

Изабель хотелось размозжить ему голову за бесчувствие. Она дала слово больше никогда не ездить с ним. Есть много способов держать мальчиков в повиновении, но обращаться с ними как с узниками — совершенно лишнее.

Ребята так толкались и отпихивали друг друга, залезая в старый армейский фургон, что Изабель едва не пропустила момент, когда Пит выхватил из кармана штанов нож, которым Мэтт резал бекон, поднял его над головой и кинулся на Хоука. Она была слишком далеко, чтобы остановить.

— Хоук!

Мальчик упал на землю, перевернулся на бок и мгновенно вскочил на ноги. Схватив Пита за руку, швырнул его на землю и навалился сверху, приставив нож к горлу.

Мерсер, очнувшись от столбняка, приставил винтовку к голове Хоука.

— Брось нож, метис, или я продырявлю тебя. Изабель схватилась за ствол, отвела его от Хоука и свирепо уставилась на Мерсера.

— Если вы еще раз направите ружье на кого-то из этих детей, я добьюсь, чтобы вас расстреляли сразу же по возвращении в Остин.

— Он собирался снять с него скальп.

— Не говорите глупости. Он просто устал от попыток Пита убить его. Хоук, отпусти его.

Мальчик немедленно отпустил Пита, но взгляд его был холоден и беспощаден.

— Шон, ты должен присматривать за Питом.

Шон был добрым мальчиком. Он всегда чувствовал себя виноватым, когда не делал чего-то, что от него ждали.

— Я не могу следить за ним каждую секунду.

Пит видел, как команчи убивают его родителей, и ненавидел всех индейцев, даже полукровок.

— Пит, сядь передо мной. Если ты снова набросишься на Хоука, я скажу Мерсеру, чтобы он связал тебе руки за спиной.

Большую часть времени Пит был весел и счастлив, но внезапно им овладевало черное настроение. За две недели пути он кидался на Хоука пять раз.

Вскоре все устроились и тронулись в путь. Мальчики сидели, скрестив ноги, на койке фургона, прислонившись к стенке. Пожитки кучей лежали в середине. Изабель сидела на скамье спиной к вознице, чтобы видеть всех. Сиденье казалось жестким и неудобным, особенно к концу дня.

— Вы думаете, этот человек сказал правду? — спросил Вилл, когда ранчо скрылось из вида.

— О чем ты?

— О фермерах, которые будут заставлять нас работать, как рабов?

— Где ты это слышал?

— Я пошел за вами.

Это удивило Изабель. Хотя Вилл был всего на год младше Пита, его доверчивость являла резкий контраст колючему недоверию последнего.

Мгновенно мальчики повернулись к ней, с надеждой ожидая ответа. Лгать бессмысленно. Они должны знать.

— Я бы не стала доверять словам мистера Максвелла.

— Мне он понравился.

Изабель не могла понять, почему Джейк был груб и невоспитан, скорее всего, он жестокий хозяин, поэтому спальный барак пустует.