Читаем Джейк полностью

Изабель вела собственную битву за то, чтобы быть ближе к Джейку, не давая это заметить другим. Перегон скота давал, конечно, мало возможности оставаться рядом с кем-либо, особенно когда правишь фургоном с продуктами. Девушка рано вставала, чтобы готовить еду, потом мыла посуду, а стадо уходило вперед. Джейк объяснял, где собирается раскинуть лагерь, и она их догоняла, чтобы вскоре уехать вперед готовить ужин, и большую часть вечера проводила, убирая после ужина и готовясь к следующему утру. Изабель была готова упасть от изнеможения, но не могла этого сделать, так как Джейк никогда не замедлял темп движения, всегда был в седле или учил мальчиков стрелять. Ей не хотелось думать о том, сколько патронов было расстреляно по воображаемым индейцам. Потом Джейк решил научить стрелять Изабель.

— Я не хочу учиться стрелять. Не признаю убийство.

— Я тоже, — согласился Джейк. — Но свою смерть признаю еще меньше.

Изабель не хотела, чтобы те несколько минут, которые Джейк решил провести с ней, были потрачены на разговоры об оружии. Он держал слово и всегда старался быть подальше от нее. Девушка получила именно то, что хотела, и ненавидела это.

— Пока нам очень везет, но нельзя надеяться проделать весь путь до Санта-Фе без неприятностей. Вы самая уязвимая из всех и должны знать, как защитить себя.

Кое-что изменилось. Каждый день он оставлял с ней кого-нибудь из старших мальчиков, а последние два дня ехал сам. В первый раз, когда это случилось, сердце Изабель стучало от волнения, она боялась остаться с ним наедине, но Джейк настаивал, что она должна отдохнуть, пока он будет править фургоном.

Она пыталась спорить, но это было бесполезно.

Как всегда. Джейк был самым упрямым мужчиной, которого когда-либо создавал Бог. Это раздражало даже больше, чем то, что он всегда прав.

Они должны ехать — стадо уже ушло, — но он решил, что именно сейчас самое время учить ее стрелять. Изабель собиралась отказаться, но решила, что дело того не стоит. Кроме того, как бы сильно она не была против оружия и мысли убивать кого-то, у нее появилось ужасное чувство, что когда-нибудь придется защищать себя. Или Джейка.

— Это нетрудно, — Джейк подал незаряженную винтовку. — Вот, держите. Привыкайте к ощущению.

Она бы предпочла, чтобы Джейк держал не винтовку, а ее. Она знала это ощущение, и оно ей нравилось. Гораздо лучше, чем винтовка, та была холодной, нелепой и тяжелой.

— Не держите ее так, словно это змея. Она вас не укусит.

С равным успехом это могла быть и змея. Она не понравилась бы ей точно так же. Джейк взял винтовку.

— Держите у плеча, вот так.

Изабель попробовала повторить, но это оказалось неудобно. Она передвинула приклад к левому плечу. Стало лучше.

— Вы левша?

— Да. Это важно?

— Просто не буду пытаться учить вас стрелять не с той руки.

Джейк все еще не был удовлетворен тем, как она держит винтовку.

— Дайте, я покажу.

Он встал за спиной и обнял Изабель. Ей это понравилось гораздо больше.

— Вы должны упереть приклад в левое плечо, вот так.

Он плотно прижал винтовку к ее плечу.

— Держите левой рукой, — Джейк взял ее левую руку и положил снизу на приклад ружья. — Положите правую руку на курок, вот так.

Своей рукой он поместил ее указательный палец на курок и обвил большим и остальными пальцами ствол.

Изабель никак не сопротивлялась, но и не обращала большого внимания на то, что говорил Джейк. Она не могла собраться с мыслями, когда его тело касалось ее, чувствовала свои плечи у его груди, а бедра у своих ягодиц, его щеку на волосах, дыхание на шее. Девушка не могла думать о какой-то глупости, вроде винтовки. Он мог предложить ей пушку или игрушечное ружье, она не заметила бы разницы.

— Теперь смотрите через желобок на мушку.

Тембр голоса изменился, Джейк уже не казался таким занятым и уверенным, таким оживленным. Он говорил, слегка задыхаясь, голос скорее напоминал шепот, чем ясный звук.

— Вы не делаете того, что я говорю. Нет смысла стрелять из винтовки, если вы сначала не прицелитесь.

Было ясно — Джейк думает не о винтовках или мишенях. Его тело напряглось. Он попытался отодвинуться, но не мог, не выпуская Изабель и винтовку.

Она чувствовала жар его возбуждения, обжигавшего кожу, как клеймо, ощущала напряжение рук, смыкавшихся вокруг нее все сильнее, пока ей действительно не стало больно.

Джейк, казалось, справился с собой, мышцы расслабились.

— Вы не смотрите вдоль дула, — снова сказал он.

Оба знали, что это невозможно — винтовка слишком дрожала, чтобы кто-то из них смог увидеть что-то более мелкое, чем среднего размера холм.

— Что мне делать, когда я смотрю вперед? — переспросила Изабель.

Она должна хотя бы попытаться быть внимательней, иначе бросит винтовку и упадет в его объятия.

— Убедитесь, что цель находится в центре прицела. Затем спустите курок, вот так. Не дергайтесь, промажете.