В спальне Джейка была спартанская пустота, очень напоминающая его самого. Здесь не оказалось ничего мягкого, ничего бесполезного. Интересно, что сказала бы о нем тетя Дейрор. Вероятно, и говорить с ним не стала бы. Тетя была женщиной очень твердых правил. Изабель частенько размышляла, где та их набралась. Даже в Саванне она выделялась в обществе.

Родители Изабель были убиты вскоре после рождения девочки. Тетя Дейрор сама никогда не упоминала о еще какой-нибудь родне. Когда Изабель спрашивала, тетя обычно говорила, что у нее дальние родственники в Англии.

Изабель никогда не хотела побывать в Англии.

По описанию тети, это странное, холодное место, совершенно не привлекавшее девочку. Тетя Дейрор обещала, что они поговорят об этом позже, но это «позже» никогда не наступило. Однажды с тетей случился удар, лишивший ее способности двигаться и говорить. Она протянула еще несколько месяцев, потом умерла. Изабель была помолвлена с молодым человеком из состоятельной семьи, и ей позволили остаться в доме тети. Когда в первой военной кампании жених был убит, все изменилось. Изабель исполнилось только шестнадцать, известных родственников у нее не было. Дом продали, чтобы заплатить тетины долги, а ее отослали в сиротский приют.

Изабель никогда не забудет первый день. Она была одинока и испугана, все еще ошеломлена смертью тети. Никого это не интересовало, и уж, конечно, не других детей. У Изабель забрали все вещи и запаковали, а ей выдали форму, и она должна была вписаться в новую жизнь, словно никогда не знала другой. Ей выговаривали за слезы по ночам, потому что это мешало спать другим. Девочки насмехались над ее «манерностью». Мальчишки были так же жестоки, когда Изабель нашла их грубые манеры непривлекательными.

Девочка сбежала, но ее вернули обратно.

После этого выучилась драться. Это не завоевало ей ни одного друга, но к ней стали относиться с определенным невольным уважением. Она считала дни до тех пор, когда станет достаточно взрослой, чтобы уйти.

Выйдя, наконец, из приюта, Изабель была в отчаянии, обнаружив, что никто из тех, кого она знала раньше, не хочет иметь с ней никакого дела. Ее изгнали из единственного общества, которое она когда-нибудь знала. Денег хватило только на билет до Нового Орлеана, где она нашла место гувернантки.

После того, как пришлось уйти от Дю Планжей, работу в приличном доме оказалось невозможно найти — она была женщиной с прошлым. Место учительницы в Остине, в Техасе, было словно ответ на молитвы.

Там она и нашла этих мальчиков.

Техас Реконструкторов не интересовался ими, а она интересовалась, так как знала, что значит потерять теплый любящий дом, не иметь никого, кто бы заботился о тебе. Тетя Дейрор была требовательна и сурова, но любила племянницу безгранично.

Воспоминания Изабель прервал стук копыт. Она вздохнула с облегчением, увидев Джейка, но устыдилась, как мало сделала. Девушка грезила наяву и едва закончила убирать комнату.

Изабель встретила Джейка на крыльце.

— Где вы спрятали мальчиков? — В одной из пещер на реке.

— А разве не там фермеры станут искать в первую очередь?

— Течение вымыло сотни пещер. Обыскать их все невозможно.

— Но они замерзнут и вымокнут.

— Это лучшее, что я мог придумать. Что вы делаете?

Она указала на ведра с водой, которые мальчики поставили на крыльцо.

— Хочу заняться кухней.

— Бросьте, готовить можно во дворе.

— Но фермеры не поверят, что я стану готовить на улице, когда у вас такая прекрасная кухня.

«Прекрасная кухня» — ложь.

— Если вы разожжете огонь, я положу в горячую воду все, что нужно вымыть. Сначала уберите пепел. У вас есть мыло?

— Где-то было.

К тому времени как Джейк разжег огонь, Изабель исследовала кухню.

— Здесь нечего есть.

— Я знаю.

— Но у нас почти нет продуктов.

— Я знаю, — повторил Джейк.

Изабель ждала более вразумительного ответа.

— Нам нужно что-то купить. Сколько времени это займет?

— Три-четыре дня.

— Нужно сделать это как можно скорее. Джейк необычайно заинтересовался огнем, который горел достаточно хорошо.

— Мы можем взять с собой нескольких коров.

— Это будет нас задерживать.

— У меня нет денег, — наконец признался он. — И здесь нет никого, кто дал бы мне в долг. Проклятые фермеры позаботились об этом.

Изабель поняла — ему неприятно говорить об этом, он стыдится признаться, что разорен.

— У меня есть деньги, — сказала она.

— Несколько долларов ничего не дадут. Нам нужны запасы еды на двенадцать человек почти на сорок дней.

— Это золото.

— Уже лучше, но…

— Двести долларов. Джейк застыл.

— Какого дьявола вы делаете с двумястами долларов золотом? Не думаю, что столько есть в целом штате.

— Их дало мне агентство. Они предназначались фермерам.

— Я не могу взять их.

— Они для тех, кто возьмет мальчиков. Вы взяли их, значит, эти деньги для вас.

Джейк, по-видимому, был в нерешительности. Она понимала — гордость не позволяет ему принять деньги от кого-то, особенно от женщины. Ну, ее гордость уже истерзана в клочья, так почему с его нужно церемониться?

В кухню ворвался Вилл.

— Кто-то едет!

Глава 12