Читаем Джефферсон полностью

Исполняя своё обещание, Джефферсон в 1822 году дал свободу — а вернее, снабдив деньгами, разрешил «убежать» — своему сыну Беверли Хемингсу (1798 — после 1822) и дочери Харриет Хемингс (1801 — после 1822). Они уехали в Вашингтон, где начали жить как свободные белые, сменив имена и порвав все связи с прошлым. Оба вступили в брак с белыми и оставили потомство.

Всё, что нам известно о их судьбе после отъезда из Монтичелло, всплыло в воспоминаниях их брата Мэдисона Хемингса (1805–1877), впервые опубликованных в 1873 году. Там среди прочего он упоминает, что знает, под каким именем жила его сестра Харриет, но не хочет открывать его журналисту, записывавшему его рассказ. Сам Мэдисон, живя в Монтичелло, овладел профессией плотника и, получив свободу и перебравшись впоследствии с семьёй в Огайо, участвовал в строительстве многих крупных зданий, а также принимал участие в торговле недвижимостью. Его бесхитростный рассказ о родителях, подтверждавший связь между Джефферсоном и Салли Хемингс, стал предметом самого придирчивого разбора со стороны десятков скептически настроенных историков, безуспешно пытавшихся обнаружить в нём серьёзные ошибки и противоречия, ставящие под сомнение подлинность рассказанного.

Самый младший ребёнок Салли Хемингс, Истон Томас Хемингс (1808–1856) не успел появиться на страницах этого романа, ибо в сентябре 1807 года (время действия последней главы) он существовал ещё лишь в утробе своей матери. Но именно ему суждено было заполнить заголовки американских газет 190 лет спустя.

Согласно исследованию Аннет Гордон-Рид, Истону, как и его брату Мэдисону Хемингсу, свобода была дарована завещанием Томаса Джефферсона. Некоторое время он жил с матерью в Шарлоттсвилле, потом переехал в Огайо, где женился и пустил в дело унаследованную от отца музыкальную одарённость, то есть стал профессиональным музыкантом, создал небольшой ансамбль, игравший на всех праздниках и торжествах в округе.

Однажды четверо белых жителей его городка совершили поездку в Вашингтон, где впервые увидели бюст Джефферсона. Они переглянулись в изумлении: третий президент США был вылитая копия хорошо знакомого им скрипача и гитариста Истона Хемингса. Вернувшись, они спросили музыканта, как понимать это разительное сходство. Истон ответил уклончиво: «Я родился и рос в Монтичелло, а моя мать не была замужем».

И вот в конце XX века техника анализа ДНК достигла такого уровня, что решено было использовать её для решения давнишнего спора между историками. Так как Джефферсон не имел белых сыновей, кровь на анализ взяли у потомков его дяди, Филда Джефферсона. Её сравнили с образцами крови, взятыми у потомков Истона Хемингса и Томаса Вудсона-Хемингса. Совпадение хромосом подтвердило: Истон Хемингс и его правнуки принадлежат к фамильному древу Джефферсонов. В отношении Вудсонов результат оказался негативным, но он не поколебал их уверенности в том, что они ведут свой род от автора Декларации независимости.

Видимо, те американцы, которым хотелось бы верить, что их кумир Томас Джефферсон, при всей его хорошо известной влюбчивости, был способен сохранять целомудрие в течение последних тридцати восьми лет своей жизни, тоже сумеют отмахнуться от научных экспериментов, бросающих тень на «светлый образ». Но разве не засвидетельствовал сам хозяин Монтичелло всей своей жизнью и запёчатлёнными на бумаге словами, что в вечном диалоге-споре между сердцем и разумом человека у разума не так уж много шансов на победу?


ИМЕНА РЕАЛЬНЫХ ПЕРСОНАЖЕЙ РОМАНА ПО-РУССКИ И ПО-АНГЛИЙСКИ

Саттон Даниэль — Sutton Daniel (18-th century)

Адамc Абигайль — Adams Abigail (1744–1818)

Адамc Абигайль (Нэбби) — Adams Smith Abigail (1765–1813)

Адамc Джон — Adams John (1735–1826)

Адамc Джон Куинси — Adams John Quincy (1767–1848)

Адамc Сэмюэл — Adams Samuel (1722–1803)

Альберти — Alberti Francis (? — 1785)

Андре Джон — Andre John (1750–1780)

Арнольд Бенедикт — Arnold Benedict (1741–1801) 


Барбе-Марбуа Франсуа — Barbé-Marbois Francois (1745–1837)

Барвел Ребекка — Burwell Rebecca (1746–1806)

Бартон Бенджамин — Barton Benjamin (1766–1815)

Бейкли Джон — Beckley John (1757–1807)

Белл Томас — Bell Thomas (? — 1800)

Бергойн Джон — Burgoyne John (1722–1792)

Бёрк Эдмунд — Burke Edmund (1729–1797)

Бёрр Аарон — Burr Aaron (1756–1836)

Бланшар Жан-Пьер — Blanchard Jean-Pierre (1753–1809)

Блэнд Ричард — Bland Richard (1710–1776)

Боккерини Луиджи — Boccherini Luigi (1743–1805)

Большой Джордж, невольник — Big George

Бонапарт — Napoleon Bonaparte (1769–1821)

Ботетур Беркли — Botetourt Berkeley (1717–1770)

Браун Джон — Brown John (1736–1803)

Браун Мозес — Brown Moses (1738–1836)

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное