Читаем ДЖАМП полностью

— Взрыв, безусловно, раздастся, только не сейчас, — возразила Эми. – А ровно в девятнадцать часов. У Гюрзы по этому поводу пунктик есть. Для них девятнадцать часов – время символичное. А девочку я найду. Господин начальник, а отпустите меня сегодня пораньше? Идея есть, надо бы ее проверить.

— Что еще за идея? – Котик подался вперед одновременно с тем, как девушка поднялась. – Эммануэль. Сядь.

Когда начальство переходило на полные имена, следовало выполнять всё дословно во избежание последующих несчастных случаев. Аккуратно вернувшись на стул, Эми сцепила пальцы, даже убрав в сторону планшет.

— Да, Иван Валерьевич.

— Что еще ты задумала?

— Мне надо посетить три города, в которых одновременно с деятельностью Прохожих были совершены убийства, — четко сказала девушка. – У нас есть полный пакет для того, чтобы организовать бывшим членам Прохожих судебный срок. При большой удаче – пожизненный. Но чтобы довести до приговора к смертной казни, необходимо больше улик. Больше свидетельств, на этих уликах базирующихся. На половину судебного срока Алэно Марко и Гарри Дюпре уже заработали благодаря показаниям дона Диего и теоретически тому, что можно получить от графа Монтесье и Анастасии Яузовой. Если бы добавить сюда еще кого-то из высшего «общества», то свидетельский пакет был бы полностью собран. Поэтому мне не помешают показания Клэр Элье и Дениса Грека. А для этого придется вначале найти Рашель.

— О каких убийствах идет речь?

— Я подозреваю, что Гарри Дюпре и Алэно Марко лично принимали участие в убийствах. Чтобы доказать связь Гарри Дюпре с Прохожими и всеми эпизодами Гюрзы, достаточно будет получить картины и провести дактилоскопический анализ. Острую химию, которая могла бы повредить картинам, Гарри бы не применял, к тому же он уверен, что никто не знает об этих картинах. Там мы сможем найти отпечатки бывших владельцев.

— Если он использует термин перекупка? Купил у кого-то, не знал, что ворованное?

— Не получится, — пожала плечами Эми. – Перекупка таких картин, охраняемых мировым культурным фондом, также уголовное преступление. К тому же, — девушка улыбнулась. Фея подавилась заготовленным едким словцом, Кайл вздохнул. Профессиональная улыбка голодной акулы производила гнетущее впечатление на всех поголовно. Даже оперативникам после такой «улыбки» становилось не по себе. – Если открыть картины в тот момент, когда нервное состояние Дюпре будет особенно неустойчивым, он признается сам.

— Что же такое должно случиться? – удивилась Фея, проглотив язвительность. Сейчас на первом месте было дело.

— Во-первых, он остался без денежных активов. Во-вторых, теперь его никто не поддержит. Внутри Троицы начался разлад. В-третьих, показания, которые начали давать в нашем патруле. Наконец, у нас есть еще и светская жизнь. А именно, Федорова Инга, которая собирается со дня на день разорить Гарри Дюпре. После этого всё, что останется русскому патрулю, это прийти с понятыми, устроить выемку картин Дюпре, и этого будет достаточно, чтобы его сломать.

— Как насчет третьего? Холда?

— Фэйшон Холд, да, — Эми облизнула губы. – Если ему подкинуть правильную информацию, он поможет нам разыграть один весомый козырь. И после этого мы получим еще партию улик, вплоть до чистосердечного свидетельства.

— Эми?

— Фэйшон Холд будет особым свидетелем против Гюрзы. Если быть точнее, новое имя Холда, Шэндон. Маркиз Лафорже. После того, как в Гюрзе украли Рашель, а его лучший друг начал давать показания, маркиз связался со мной. Он тоже готов дать показания и выступить на стороне русского патруля.

— Не может быть!

— Ты шутишь?

— Ничуть.

— У него же, с тем учетом, что он связан с Гюрзой, на смертный приговор наберется! Для помилования недостаточно просто сотрудничества со следствием!

— Он знает, — кивнула Эммануэль. – Всё, что он хочет получить взамен своих показаний, это спасенная Рашель. А потом хоть весь мир вокруг гори гаром.

— Как много связано с этой девочкой, — Котик едва заметно поморщился. – Так. Эми, в третий раз спрашиваю, хватит вешать всем нам лапшу на уши. О каких убийствах идет речь?

— Ох, господин начальник! Какой же вы настойчивый! И не надо так на меня смотреть, — сделала Эммануэль вид, что обиделась. – Эти фамилии появлялись в наших делах. По ним уже взысканы долги. Обвиняемые заняли свои места в тюрьмах. Я отправляюсь к этим людям, чтобы получить их показания.

— Нет, — Котик нахмурился. – Всё то же самое может сделать и Кайл, и Фея. Фея даже лучше, перед ее прекрасными глазами и тем, что хм… ниже, не может устоять ни один мужчина.

— Кто же вам сказал, что там сидят мужчины? – улыбнулась Эммануэль. – Если позиционировать с этой точки зрения наше расследование, то будет лучше, если туда отправится Кайл.