Идея онрё в Японии не ограничивалась подобными одиночными примерами. Это более широкое понятие. Как уже говорилось, многие исследователи полагают, что фундаментальные понятия синто также связаны с идеей онрё. Именно эти понятия и составляли суть национальной японской религии до прихода конфуцианства и буддизма. Итак, в Японии с древнейших времен существовал взгляд на мир, согласно которому люди, не достигшие в этом мире того, чего они хотели, становились онрё, оставались в мире живых и мстили. По этим же древним представлениям, в случае, если у человека не было потомков, которые бы почитали его дух, то ситуация могла быть еще более трагичной. Отсюда возникло представление, что лучший способ умиротворения духов – процветание потомков и почитание духов этими потомками. В этом суть религии синто. Поэтому в Японии существовала традиция не убивать бездумно, а тем более не уничтожать всех потомков до последнего, как у других народов. Это относилось даже к войне, ибо считалось необходимым оставить потомков, чтобы они могли почитать проигравших. Так были сохранены потомки домов Сога, Мононобэ, Оотомо и др. Возможно, поэтому в Японии традиционно принято считать, что лучший способ решать проблемы путем мирного обсуждения, без конфликтов. Так сложилась традиционная японская философия гармонии.

Также распространенным способом уйти от мятежного мстительного духа умершего принца или императора было перенесение места проживания императорской семьи, то есть столицы. Одним из самых ярких примеров веры в онрё нам представляется деятельность императора Камму по двойному переносу столицы – из Нара в Нагаока, а потом и в Хэйан. Скорее всего, первый перенос столицы в Нагаока был вызван страхом перед онрё потомков линии императора Тэмму, а также онрё императрицы Иноуэ и ее сына Осабэ, которые были отодвинуты от трона по религиозным, а не политическим мотивам. Ну а перенос столицы из Нагаока в Хэйан был вызван страхом перед местью уже упоминавшегося принца Савара, которого несправедливо обвинили в заговоре, и он умер в результате добровольной голодовки.

Существует также еще один способ укрыться от гнева онрё и их преследования. Наряду с умиротворением онрё требуется «не допускать собственных плохих дел». Это процедуры хараи (изгнание злых духов) и мисоги (очищение).

Подведем итог: аристократическая элита Японии считала, что единственным магическим (равно как и практическим) гарантом ее наследственных привилегий может служить только синтоизм с его развитым культом предков, из которого проистекает подчеркнуто уважительное отношение к истории и традиции вообще. Только те роды, которые возводили свое происхождение к божествам синто, имели право руководить страной. И хотя буддизм к этому времени набрал достаточно сил для самостоятельного развития без поддержки государства, хотя государей и аристократов продолжали хоронить согласно буддийскому ритуалу, никогда больше в истории этой страны буддизм не играл той колоссальной роли, которая была ему уготована в VIII столетии.

Докё и ниндзя

Считается, что амбициям монаха Докё мы обязаны возникновению и такого культурного феномена, как таинственные воины-ниндзя, прочно обосновавшиеся в умах людей, пространстве легенд и мифов и современном искусстве. Есть ли в такой гипотезе хотя бы доля истины? Безусловно, искусство военного шпионажа и сами воины, бывшие прообразом ниндзя, не миф, и вполне реально существовали в Японии как до Докё, так и после.

Задолго до рождения амбициозного монаха еще в V веке на Японские острова прибывают буддийские проповедники, среди которых были монахи-люгай. Синтоизм, господствовавший до того в Японии, как уже неоднократно отмечалось, постепенно сдавал позиции буддизму, что незамедлительно привело к возникновению религиозного конфликта. Борьба за главенство одной из доктрин вскоре охватила высшие слои власти. Императорский двор, поддерживавший идеи синтоизма, всячески препятствовал проникновению буддийской мысли в Японию.

В этих условиях в труднодоступных горных районах зародилось движение буддийских отшельников – ямабуси («спящие в горах», «горные отшельники»). Их целью было достижение гармонии со Вселенной посредством буддийского и даосского эзотеризма. Верования ямабуси причудливо переплелись с шаманскими обрядами синтоизма и культом горных божеств ками. Примечательно то, что ямабуси стремились не только познавать силы Вселенной, но и использовать их в своих целях. Кроме ямабуси большой популярностью у простого народа пользовалась и община таоистских отшельников – сеннин, практикующих на пути к гармонии медитацию, шамаизм и аскетизм.

Ряды мятежных общин постоянно пополнялись за счет странствующих монахов различных религиозных течений, последователей движения Люгаймэнь, беглых крестьян, свободных воинов, а порой и разбойников.

В результате слияния различных религиозных концепций и возникло новое учение – сюгэндо («путь овладения сверхъестественными силами»).