Читаем Двойной эффект полностью

НАНОТЕХНОЛОГИ ПОЛНОСТЬЮ ИЗМЕНИЛИ ИНДУСТРИЮ медицинского страхования. Стали не нужны стерильное оборудование, грубая хирургия и физически умелые врачи. Большая часть медицинских проблем теперь решали с помощью продающихся без рецепта спреев, повязок и тому подобного, хотя с серьезными травмами и за «починками» людям по-прежнему приходилось обращаться в больницу. «Травма» означала, что вы в смертельной опасности, а вот «починка» – вам в себе что-то не нравится и вы хотите это изменить. Например, нанокрем помогал вам избавиться от «гусиных лапок», но, если вы потеряли руку, следовало обращаться к врачу. Думаю, это сделано еще и для того, чтобы люди больше не пользовались услугами черного рынка, как поначалу, когда добавляли себе дополнительные конечности или органы и выдумывали прочие нелепости. Конечно, в таких случаях всю работу тоже проделывают нано, но врачи объясняют, планируют и контролируют процедуру. Операционные – это комнаты с чистыми стеклянными стенами, населенные миллиардами крошечных самовоспроизводящихся и высокоспециализированных роботов, а вот в палатах для пациентов все еще сохранялось ощущение мотеля.

В такой палате лучшей больницы Сан-Хосе лежал Джоэль Байрам. Он спал.

(Ладно, это несколько запутано. Я не могу называть его Джоэлем, но мне нужно рассказать его часть истории. Простите, но трудно говорить о ком-то, кто не я, так, словно о себе в третьем лице. Назовем его Джоэль Два или еще лучше – Тоже Джоэль. Не нравится? Джоэль 2.0? Да, хорошо, это слишком старо. Гм. А как насчет Джоэль²? Да, пожалуй, это подойдет.)

Итак, Джоэль² спит. Рядом с ним стоит моя жена. В ее опухших, покрасневших глазах уже нет слез. Она кладет голову на грудь Джоэля², чтобы услышать его сердцебиение. Конечно, это могут показать приборы, но на сегодня ее вера в технику истощилась.

Тук-тук. Тук-тук. Она это сделала. Он жив.

Сильвия подняла голову и посмотрела в окно. За пальмами и белыми зданиями она видела тонкий столб черного дыма, поднимающийся над ямой там, где прежде стоял ТЦ Сан-Хосе. Взрыв произошел тридцать минут назад, но на улицах по-прежнему бежали люди, мчались машины «Скорой помощи», ревели сирены. Никто не заметил, как в телепортационную камеру больницы вошла убитая горем женщина в отпускном наряде. Никто не видел, как несколькими минутами позже она вытащила оттуда потерявшего сознание американца. Когда она на каталке привезла его в приемный покой больницы, дежурные были слишком заняты потоком пострадавших, чтобы удивиться тому, что повреждения пациента относятся к ядрам ствола головного мозга и спинному мозгу. Ткань, окружающая его имплантаты коммов, не подверглась телепортации, ведь неорганическую материю сканируют, хранят и телепортируют отдельно от органической, и он прибыл без коммов. Повреждения сочли не угрожающими жизни, поэтому через несколько минут начался процесс восстановления его коммов и окружающей их мягкой ткани. И пациента отправили выздоравливать.

Все получилось. Джоэль² жив, его сердце бьется благодаря ей.

Благодаря тому, что сделала она.

Прежде чем она смогла погрузиться в эти размышления, восстанавливалось энергоснабжение. В палате стало светлее – освещение больше не зависело от аварийных генераторов больницы. Одновременно включились коммы самой Сильвии. На нее обрушилась лавина истерических новостей, предупреждений о возможной тревоге, звонки обеспокоенных друзей и родственников, множество имейлов заполнили поле ее зрения. Она закрыла все это и обхватила голову руками. Рано или поздно придется иметь с ними дело, особенно с рабочими письмами, но сейчас она не могла на них смотреть.

Новый сигнал тревоги заставил ее открыть глаза.

– В чем дело, Джулия? – спросила Сильвия.

– Прости, Сильвия. Я знаю, ты не велела тревожить тебя, даже если наступит конец света. Но кое-кто нашел способ добраться до моих чрезвычайных протоколов. Пема Джигма из МТ.

Сильвия прикусила губу. Вот тебе и игнор. Но, с другой стороны, если ей предстоит получить выговор, его мог бы сделать кто-нибудь пострашнее. Она вздохнула.

– Соедини.

В окне видеоизображений появился крупный план рассерженного миниатюрного лица Пемы. Подбритые брови делали ее особенно сердитой. Сильвия не могла выдержать присутствие рядом с собой такого количества чужой уверенности в своей правоте, поэтому переместила изображение на видеоэкран палаты. Скрестив руки на груди, перед ней стояла ее низенькая коллега в зеленой юбке в мелкий горошек и в свободного покроя деловом жакете, который определенно относился к сфере «Джеймс Бонд-негодяй».

– О чем ты думала, Сильвия? – с досадой спросила Пема. – Билл и Корина вне себя. Сначала ты используешь «Соты», потом отсоединяешь ТЦ больницы? Ты знаешь, сколько законов нарушила?

Сильвия кивнула.

– Коммы были отключены. Мой муж погиб. Я не знала, что делать. Теперь благодаря моим усилиям он жив!

Голос ее дрогнул, и она спрятала лицо в ладонях. Проекция Пемы наблюдала, строгий рисунок бровей слегка смягчился. Вскоре Сильвия подняла голову.