Как бы ни пытался и что бы я ни говорил, ключик не открывал дверку в нужное место. Пять, десять, тридцать минут безрезультатных попыток. Я пробовал разные формулировки, разные интонации, даже разные позиции артефакта на камне. Ничего.

Внутри растекалось раздражение — горячее, жгучее чувство, поднимающееся от солнечного сплетения к горлу. Начал пробовать разные подходы. Концентрация на конкретном образе серой зоны, активация магии через артефакт, попытки усилить рог собственной энергией. Безрезультатно.

Час, а эффекта — ноль. Скорее всего, проблема в том, что я человек. А что если?..

Закрыл глаза. Мир исчез, остались только ощущения: жар «солнца» на коже, песок под ногами, вес артефакта в руке. Использовал нейтральную магию и силу затылочника, и энергия потекла по каналам.

Добавил подчинение монстров, попытался коснуться своего диска в груди. Ощущение странное — словно прикасаешься к чему-то, что одновременно является и не является частью тебя.

Холодная твёрдость артефакта, внедрённого в тело, отозвалась покалыванием. Рог засветился. Сначала слабое свечение, затем всё ярче, пока артефакт не начал сиять. Дёрнул уголком губ, ощущая удовлетворение от решённой загадки.

Положил рог на камень. Теперь артефакт словно прилип к поверхности, установив с ней магическую связь. Свечение распространилось от него к булыжнику, окутывая их общим ореолом.

«Прихожая серой зоны джунгаров», — чётко сформулировал в мыслях, направляя энергию в артефакт.

Меня засасывало в воронку. Ощущение, уже знакомое по многим перемещениям: тело теряет вес, реальность искривляется, восприятие смещается. Пространство вокруг начало скручиваться, складываться, словно лист бумаги.

Вспышка ослепительного света, затем темнота, а после — резкий толчок, словно падение с высоты. И вот я уже в другом месте. Магическое зрение активировано. Я… в доме? Высокие потолки и каменные стены. Резкий контраст после пустыни ударил по чувствам — прохлада, полумрак, эхо от малейшего шороха.

Сознание лихорадочно оценивало обстановку. Стены из грубо обтёсанного камня уходили вверх на добрый десяток метров. Пол тоже каменный, но гладкий. Воздух здесь был странным — сухим и одновременно тяжёлым. Источник среагировал мгновенно, наполняясь энергией этого места.

— Павел! — произнёс очень знакомый голос.

Звук отразился от стен, усилился, создавая иллюзию множества голосов, зовущих моё имя. Я повернулся.

Ко мне уже неслась девушка. Её фигура казалась размытым пятном в полумраке. Она приближалась. На лице — улыбка и слёзы. Лахтина… Королева скорпиозов. Везение и судьба на моей стороне.

— Ты пришёл… — она обняла меня.

Тонкие руки сомкнулись за спиной с удивительной силой. Её тело прижалось к моему.

— Да, — кивнул.

Почувствовал боль — резкую, пронзающую, словно раскалённый прут проткнул грудную клетку. Инстинктивно напряг мышцы, готовясь к бою, но тело не отреагировало. Замерло, парализованное.

Опустил глаза. Из груди лилась кровь, а ещё… Взгляд поплыл.

Хвост? Жало. Чёрное, блестящее, с капелькой яда на кончике, торчало из моей груди, пройдя насквозь.

Сознание двоилось. Одна часть разума отказывалась верить в предательство, другая уже анализировала ситуацию, готовя контрмеры, но тело не слушалось. Яд.

— Ему конец! — произнесли рядом. — Можешь забыть о своём человеке.

<p>Глава 7</p>

Металлический привкус крови во рту, холод, разливающийся по телу волнами. Я чувствовал, как жизнь вытекает из меня. Буквально. Каждый удар сердца — всё слабее, каждый вдох — всё труднее.

Лахтина. Её лицо всплыло перед глазами. Гордые чёрные глаза, в которых плясали искры превосходства и… чего-то ещё.

Мои люди. Витас и Медведь с его простодушной преданностью. Георгий со своими тайнами. Елена и Вероника… Нет, Маргарита и Симона, даже в предсмертном бреду я помнил настоящие имена сестёр.

«Кто защитит их?» — мелькнуло в голове.

Тело уже не слушалось: руки не двигались, ноги не чувствовались, но сознание работало с кристальной ясностью. Парадокс умирания: когда организм отказывает, разум становится острее лезвия.

Планы, столько планов… Захват серой зоны скорпикозов, свадьба с Лахтиной, месть императору — всё рушилось прямо сейчас.

Меня куда-то засосало. Темнота. Нет, не просто темнота, а абсолютное отсутствие света. Чёрный холод пустоты окутал меня со всех сторон.

Всё-таки умер. Сука…

Мгновение между жизнью и смертью растянулось в вечность. Я как-то снова почувствовал удар, подлый удар со спины. Трусы! Даже не решились посмотреть мне в глаза.

В последний момент успел уловить тень движения краем глаза. Предчувствие опасности вспыхнуло в сознании, но тело не успело среагировать. И вот теперь… эта воронка. Пустота затягивала меня, как водоворот затягивает щепку. Сопротивление было бесполезным, но я всё равно препятствовал. Упрямство — вторая натура.

Воронка пыталась сломить мою волю. Она была живой, я это чувствовал. Древней, голодной, привыкшей забирать души без труда, но не мою. Я цеплялся за каждую эмоцию: за гнев — он давал силу, за любовь — она давала цель, за гордость — она не позволяла сдаться.