Читаем Двойник полностью

– Пока никто его не вспомнил. Но это не означает, что его здесь не было. – Рик указал на замки. – Мне кажется, это многое объясняет.

Вздохнув, она опустилась на стул.

– Как получилось, что наши жизни такие разные? Пока я летела из Парижа, она… – Маура сглотнула подступившие слезы. – А если бы я оказалась на месте Анны? Неужели все было бы так же? В таком случае она могла бы сидеть здесь вместо меня и беседовать с вами…

– Вы разные люди, Маура. Пусть у вас то же лицо, тот же голос. Но вы не Анна.

Она подняла на него взгляд:

– Расскажите еще что-нибудь о моей сестре.

– Я не знаю, с чего начать.

– С любого места. Рассказывайте все. Вы только что сказали, что у меня такой же голос.

Он кивнул:

– Это правда. Те же интонации. Тот же тембр.

– Вы так хорошо ее помните?

– Анна – та женщина, которую нелегко забыть, – сказал Баллард.

Он пристально посмотрел на нее, и Маура ответила тем же. Они не прекращали смотреть друг на друга, даже когда в доме послышался грохот шагов. Только когда Грешэм ввалился в кухню, она перевела взгляд на комиссара полиции.

– Доктор Айлз, – начал Грешэм, – не окажете ли нам любезность? Проедемте со мной, здесь недалеко. Мне нужно, чтобы вы кое на что посмотрели.

– На что именно?

– По рации передали, что в отделение поступил сигнал от строителей, которые работают тут неподалеку. Их бульдозер наткнулся на… ну, на какие-то кости.

Она нахмурилась:

– Человеческие?

– Это-то нам и нужно узнать.

Маура поехала вместе с Грешэмом на патрульной машине, а Баллард последовал за ними на своем «эксплорере». Впрочем, забираться в машину не стоило: сразу за поворотом они увидели бульдозер, замерший перед свежерасчищенным участком. Четверо строителей в касках стояли в тени возле своих пикапов. Когда Маура, Грешэм и Баллард вышли из машин, один из них двинулся навстречу.

– Привет, комиссар.

– Привет, Митч. Ну, где это?

– Да вон, возле бульдозера. Я, как только увидел эту кость, сразу заглушил двигатель. Когда-то на этом месте была старая ферма. Вот уж совсем не хочется раскапывать семейное кладбище.

– Пусть сначала доктор Айлз посмотрит, что это такое, а потом я вызову экспертов. Не хочется заставлять ребят тащиться из Огасты ради медвежьих костей.

Митч повел их через поляну. Идти по разрытой земле, утыканной вырванными корнями и перевернутыми камнями, было нелегко. Лодочки Мауры явно не предназначались для таких прогулок, и, как она ни старалась обходить препятствия, все равно запачкала свои черные замшевые туфли.

Грешэм хлопнул себя по щеке:

– Чертовы гнусы! Набросились, кровопийцы!

Поляну окружали плотные заросли деревьев; воздух здесь был густым и неподвижным. Насекомые учуяли запах пришельцев и кружили в поисках крови. К счастью, Маура была в брюках; впрочем, незащищенные лицо и руки тотчас превратились в кормушку для мошкары.

К тому времени как они добрались до бульдозера, отвороты на брюках уже были в грязи. Яркий свет солнца отражался от осколков стекла. Выкорчеванный розовый куст медленно умирал на жаре.

– Вот, – сказал Митч, указывая на кость.

Еще не нагнувшись, чтобы тщательно осмотреть предмет, торчавший из земли, Маура уже знала, что это такое. Не притрагиваясь ни к чему, она опустилась на корточки, утопая подошвами в разрытой земле. Сквозь корку сухой грязи поблескивала бледная кость. Заслышав карканье, она подняла голову и увидела рассевшихся на ветках деревьев ворон. «Они тоже знают, что это».

– Что скажете? – поинтересовался Грешэм.

– Это подвздошная кость.

– Что это такое?

– Вот эта кость. – Она показала ее на себе, дотронувшись до бедра. И тут же поймала себя на мрачной мысли о том, что и сама является не более чем скелетом, обтянутым кожей и мышцами. Хрупкой конструкцией из пористого кальция и фосфора, которая надолго останется нетронутой, после того как сгниют мягкие ткани. – Человеческая, – добавила она.

Некоторое время все молчали. Тишину ясного июньского дня нарушали лишь вороны, сидевшие на ветках, словно черные плоды. Они таращились на людей своими умными глазами, а их карканье переросло в оглушительный хор. И вдруг, как по команде, он смолк.

– Что вам известно об этом месте? – спросила Маура бульдозериста. – Что здесь было раньше?

– Какие-то старые каменные стены, – ответил Митч. – Фундамент дома. Мы сгребли камни в одну кучу – подумали, что кому-нибудь они могут пригодиться. – Он указал на глыбы, сложенные у края участка. – Стены как стены. Если тут пройтись по лесам, можно найти немало заброшенных строений. Когда-то по всему побережью были разбросаны овцефермы. Сейчас уж не осталось.

– Значит, здесь могла быть старая могила, – предположил Баллард.

– Но эту кость мы обнаружили как раз под одной из старых стен, – сказал Митч. – Вряд ли кто стал бы хоронить свою матушку в такой близости от дома. Я бы не отважился. Плохая примета.

– А для кого-то, наоборот, хорошая, – возразила Маура.

– Что?

– В древние времена считалось, что младенец, заживо похороненный под угловым камнем здания, оберегает дом.

Митч воззрился на нее с изумлением. В его взгляде читалось: «Кто вы такая, черт возьми?»