Читаем Дверца в Сердце полностью

В боли и горе сердцем содрогнувшись,

Мантрой шептали: «Землю отстоим!»

В сердцах огонь пылал года сжигая,

Вы шли вперёд превозмогая боль,

На пепелище дней друзей теряя,

В расхристанную землю сея кровь!

Ведь двадцать первого, с надеждой спать ложились,

И светлый летний день в объятия ждал,

А утром, рухнул мир, мечты разбились.

Коварный враг исподтишка напал!

Как ты и я, обычные ребята,

Отбросив планы, встали за страну!

Сплотив людей в отважные отряды,

Как в омут, окунулись в страшную войну.

Им бы гулять, любить, встречать рассветы,

Краснеть от взглядов опуская взор,

Но в бледных пальцах стиснув пистолеты,

Разят дождем свинцовым вражеский напор.

Совсем ещё мальчишки и девчонки

Им было страшно, боязно, до слёз!

Покинув горестно родимые сторонки

Вплелись упрямо в жертвенный обоз.

В глазах застыло детства отражение,

Но плечи гордо развернули стать.

Против фашиста, встало ополчение,

С родной земли, захватчика погнать.

***

В глазах смешинка утонула в магме ада,

Румянец сполз, сменившись бледностью ночей.

А на груди нет места, каждая награда,

Полощет болью в памяти твоей.

А ты сидишь, устало сгорбив спину.

Трясутся руки, слёзы слепят взгляд.

Воспоминания, как гром с небес, нахлынут,

С дождем и порохом смешают, закружат.



Как и тот май, когда с водой смешались

Земля и небо, в буйственный цветок.

Остатки немцев в страхе разбежались,

Узнав, что лидер поражение пережить не смог!

Когда не смело, будто-то бы, рождаясь,

Слова «Победа!», из окопов ввысь..

На миллион «Ура!» крушась и рассыпаясь,

Из душ охрипших фениксом рвались.

И ты кричал мешая слезы с кровью,

Прижав товарища погибшего к груди,

Он не дожил всего чуть-чуть,

И болью, прорвался вопль твоей израненной души.

Ты победил, живи, пускай родятся дети,

Мы скорбно память чтим твоих однополчан!

Тяжелым грузом нам донёс воспоминания эти,

Склоняем головы, Спасибо, Ветеран!

Дальнобойщик

-Папа, клюёт! – кричал сынишка,

Хватая удочку с земли,

Взъерошенный, щуплый парнишка,

В глазёнках радости огни!

Задорный смех наружу рвётся,

В ручонках удочка трясётся.

***

А ты сидишь, с глупой улыбкой,

От солнца щурясь, разомлел,

С полупустой, в руках бутылкой,

От минералки захмелел.

А может голову вскружило,

На крыльях счастья унесло,

Заразное веселье сына,

Река-игристое вино..

А удочку всё круче гнёт,

И рыбий хвост всё дальше бьёт..

***

Малыш хохочет, рыба вьётся,

На помощь сыну ты бежишь,

Ещё чуть и она сорвётся,

Ты спотыкаешься, спешишь.

Блик солнца на воде, слепит..

– Папа проснись! – мальчик кричит.

***

Ты вздрогнул, глаза распахнулись,

Свет фар, гудок, руль вправо, треск.

Визг тормозов,

–УФ… – разминулись,

По телу дрожь, паники всплеск.

Пот льдинкой по спине потёк,

Скрежет зубов :«Прости, сынок…»

***

На этот раз успел проснуться,

Ангел хранитель уберёг,

Не всем случилось увернуться

От встречки, в череде дорог.

Асфальт покрыт тленом багряным,

Окутан призрачным туманом.

***

Куда так гонишь, дальнобой,

Глотая кофе на ходу?

Взор застилает пеленой,

Уносит разум в пустоту.

Опомнись, заглуши мотор,

И пусть осядет пыль дорог.

На «Тот Свет» путь, чертовски скор,

Так поживи ещё чуток!

Минула тебя скорби длань

Кровавую сгребая дань.

***

Далёк твой путь, леса, поля,

Минуешь города и сёла,

А дома тебя ждёт семья,

Уютный дом улыбок полон.

Не торопись, всему свой срок

Ты переступишь тот порог.

***

Ревут машины, пыль клубит,

Сминают трассу колесом,

А в стороне фура стоит,

Спит дальнобой счастливым сном.

Хохочет сын в его руках

Уха манит из котелка.

Любовь

Ты знаешь, что такое любовь?

Такая, что дыханье замирает?

По венам мчится жгучая кровь,

А тело, как при гриппе ломает.

Так может, всё-же, это болезнь,

Все возрасты, которой покорны?

В душе клокочет, рвётся ввысь песнь,

В ушах гремят фанфары и горны!

В глазах маячит лишь одна цель,

А разум пелена застилает,

И даже, в самый пасмурный день,

Улыбка, словно солнце сияет.

Любовь нагрянет бурной рекой,

Преграды на пути разрушая.

И бережно хранимый покой

Безумной бурей чувств нарушая.

Когда объект своих дерзких мечтаний

Готов крепкой цепью сковать,

На миг, вздохнуть свободно мешая,

Ступая тенью, страстно вздыхать.

«Да, это любовь!»– ответишь кивая.

Занозой в сердце крепко сидит.

В глазах застывших пламя пылает,

Ума лишая ревность бурлит!

«Нет, то не любовь!»– я отвечу.

Котёнком пушистым на грудь,

Она угнездится при встрече,

Заботой покрыв общий путь.

И год за годом вместе едины,

Друг друга, как зеницу храня,

Пусть головы покроют седины,

К земле тяжёлым грузом клоня.

И всё ж на лицах с сетью морщинок,

В глазах пылает прежний огонь.

Рука в руке родных половинок.

Вот это, я считаю- любовь!

Прожить всю жизнь в заботе купаясь,

Даря в ответ покой и тепло,

В раю любимых глаз отражаясь,

Невзгодам и преградам назло!

Ведь тот, кто любит, счастья желает,

Но не себе, а голубке в руках.

В след не идет, а рядом шагает,

Щитом надёжным отводя страх.

На смертном ложе руку протянет,

Улыбкой скроет скорбную боль,

Тоска и нежность взор затуманит.

Вот это была, точно- Любовь!

Снежинка

Сверкая словно серебро,

Танцуя и кружась,

Роясь в сплошное полотно

Снежинка родилась,

Она в кругу своих подруг

Под ветра шум и песни вьюг

Искрясь неслась в земле,

Чтоб словно звёздочка упасть

Прямо в ладошки мне.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия