Читаем Дверь в стене полностью

Сказать по совести, я был чрезвычайно доволен, что репутация моей прабабушки, очевидно, реабилитирована, и позавтракал в отличнейшем расположении духа.

У швейцара я узнал адрес Пайкрафта. Он занимал верхнюю половину дома в Блумсбери, и я отправился туда, как только допил кофе с ликером. Я ушел, даже не докурив сигары.

– Мистер Пайкрафт? – осведомился я у парадной двери.

Мне сказали, что мистер Пайкрафт болен: он не выходил уже два дня.

– Он ожидает меня, – сказал я. И меня проводили наверх.

Я позвонил у двери с маленьким решетчатым окном, выходившей на площадку.

«Напрасно он затеял все это, – сказал я про себя. – Кто ест по-свински, пусть и выглядит как свинья».

Какая-то особа вполне почтенного вида, с озабоченным лицом, в чепчике набок, пытливо оглядела меня через окно.

Я назвал себя, и она неуверенно открыла дверь.

– Ну-с? – спросил я, пока мы стояли в дверях квартиры Пайкрафта.

– Он сказал, что пусть приходит, если, значит, вы придете, – проговорила она, не проявляя ни малейшего намерения провести меня куда бы то ни было. И затем с загадочным видом добавила: – Он заперся, сэр.

– Заперся?

– Заперся еще со вчерашнего утра и никого к себе не пускает, сэр. И нет-нет да как начнет браниться!.. Ах, боже ты мой, боже ты мой!

Я уставился на дверь, на которую указывали ее взгляды.

– Заперся вон там?

– Да, сэр.

– Что с ним стряслось?

Она печально покачала головой.

– Он все приказывает, чтоб ему подавали побольше кушаний. Да потяжелей все просит. Я уж достаю что можно. И свинину-то, и пудинг на сале, и сосиски, и горячий хлеб, и все такое. Оставлю еду у дверей, а сама ухожу. Сэр, он ест прямо-таки ужасающе.

За дверью послышался пискливый возглас:

– Это вы, Формейлин?

– Это вы, Пайкрафт? – заорал я, подошел к двери и постучал.

– Скажите ей, пусть она уйдет.

Я исполнил поручение.

Затем послышалось какое-то странное постукивание по двери, как будто кто-то в темноте нащупывал дверную ручку, и затем знакомое пыхтение.

– Все в порядке, – сказал я, – она ушла.

Но дверь еще долго не открывалась. Я услышал, как повернулся ключ.

Затем голос Пайкрафта произнес:

– Войдите.

Я повернул ручку и открыл дверь. Разумеется, я ожидал увидеть Пайкрафта.

Но представьте себе, его там не было!

В жизни своей не испытывал я большего изумления. Моему взору предстала гостиная в неописуемом беспорядке: среди книг и письменных принадлежностей расшвырены тарелки, несколько стульев опрокинуто, но Пайкрафта…

– Все в порядке, дружище, заприте дверь, – снова послышался голос Пайкрафта. И тут я его обнаружил.

Он был наверху, у самого карниза над косяком двери, словно кто-то приклеил его к потолку. На лице его читались тревога и раздражение. Он пыхтел и ворочался.

– Заприте дверь, – повторил он. – Если эта женщина увидит…

Я запер дверь и уставился на Пайкрафта.

– Если что-нибудь сорвется, вы слетите вниз и сломаете себе шею, Пайкрафт, – сказал я.

– Если б я это мог! – пропыхтел он.

– Человек вашего возраста и веса, и чтоб занимался детской гимнастикой…

– Перестаньте, – простонал он, и лицо его приняло мученическое выражение. – Ваша проклятая прабабушка…

– Осторожнее! – предостерег я.

– Я вам сейчас все объясню. – и он опять принялся ерзать под потолком.

– На чем вы там держитесь?

И вдруг я понял, что он ни на чем не держится, что он просто парит под потолком, как оторвавшийся воздушный шар. Он опять начал ерзать, пытаясь отстать от потолка и спуститься ко мне.

– Это все ваш рецепт, – сказал он, отдуваясь. – Ваша пра…

– Полегче! – крикнул я.

Он несколько небрежно ухватился за раму гравюры, и она шлепнулась на диван, а Пайкрафт снова взлетел под потолок. Бедняга стукнулся, и тут я сообразил, почему он весь на наиболее выдающихся выпуклостях тела перепачкан мелом. Он начал спуск вторично, держась за выступ камина, и на этот раз дело пошло успешнее.

Зрелище было поистине необычайное: огромный, апоплексического вида толстяк спускается с потолка на пол.

– Это ваше средство… – проговорил он, – подействовало лучше, чем нужно.

– То есть?

– Потеря веса почти полная.

И тут я, разумеется, понял.

– Клянусь богом, Пайкрафт, – сказал я. – Вам нужно было средство от ожирения. А вы называли это весом. Ну да, вы называли это весом.

Признаться, я был в совершенном восторге. Пайкрафт положительно нравился мне в эту минуту.

– Дайте-ка я вам помогу, – предложил я, взял его за руку и стянул вниз.

Он дрыгал ногами, стараясь найти опору. Он напоминал мне флаг в ветреную погоду.

– Вон тот стол, – показал он мне, – он из целого красного дерева. Очень тяжелый. Если вам удастся засунуть меня под него…

Я так и сделал, и там он покачивался, как привязанный аэростат, а я стоял на коврике у камина и беседовал с ним.

Я закурил сигару.

– Расскажите, что случилось.

– Я принял его.

– Каково на вкус?

– Омерзительно.

Вероятно, они все такие. Взять ли их составные элементы, или все снадобье в целом, или его возможное действие – почти все рецепты моей прабабки кажутся мне по меньшей мере несоблазнительными. Я бы лично…

– Сперва я попробовал один глоток…

– Ну?

– Уже через час я почувствовал себя легче. Я решил принять все снадобье.