Читаем Дверь в никуда полностью

По мере удаления судна от берега суматоха на нем улеглась. Большинство матросов расползлись кто куда отдыхать. На вахте оставались лишь пятеро. Двое на руле, поскольку один мог просто не справиться: до штурвала с цепными передачами и шестеренками здешние корабелы пока не додумались. Да и опасно оставлять все на одного рулевого. Сильный удар волны мог его просто с ног сшибить длинной оглоблей румпеля. Это Аня так Никите объяснила. Еще двое внимательно наблюдали за парусом. А один, в вороньем гнезде, изображал из себя локатор, пытаясь смотреть сразу во все стороны. Никита так и не понял, что он там высматривал. Ну ладно бы у берега — рифы там, или мели. Но сейчас-то берег лишь полоска на горизонте. И рулевые правят не по приметам, а по самому настоящему компасу. Морскому, жидкостному, как положено. Изрядных размеров бронзовый котелок укреплен перед ними на торчащем из палубы толстом бревне. В нем плавает раскрашенный деревянный круг, а сверху все прикрыто толстым стеклом. А интересно, что туда налито? Неужели спирт? Хотя в здешнем климате можно и водичкой обойтись. Для снега и льда в здешнем словаре слов не нашлось. Не встречались потому что. А на пиру у князя или в корчме городской никаких следов крепких напитков тоже не обнаружилось. Так что может они самогонный аппарат здесь еще не изобрели. А вот компасом пользуются вовсю — тоже анахронизм.

Закончив с водой, Никита с Аней подошли к Ерболу и Сепе, пытавшим капитана. Маг уединился на носу, так что допроса с пристрастием не получалось. Тем не менее оба телепата неплохо справлялись с добыванием информации. Помогала им самая распространенная среди людей страсть — желание рассказать о себе, любимом, и о родном городе, конечно самом лучшем из всех городов на свете. Никита включился в разговор сразу. То есть включился не в смысле участия, а в смысле того, что шестым телепатическим чувством сразу стал понимать, о чем речь идет, и переводить Ане. Здесь, в иномирье, его магические способности заметно обострялись с каждым днем. У Ербола и Сепе, по его наблюдениям, происходило то же самое. Что повлияло — особая атмосфера мест, какая-то иная структура вакуума, или присутствие неподалеку большого количества мощных магов — загадка. Ну, это пусть Ербол с Сепе разгадывают, а вот капитан рассказывал довольно интересные вещи, полностью опрокидывая сложившееся у Никиты представление о смертельной борьбе двух рас. То есть, о полном отсутствии такой борьбы.