Читаем Две розы полностью

Все обернулись. В глазах было что-то с трудом читаемое: ненависть, волчья злоба, невероятное горе и полное разочарование. Толпа расступилась, и я увидел отца… он стоял на коленях перед ящиком средних размеров глубокого чёрного цвета. Я ожидал холодный полный безразличия взгляд в мою сторону, но его не последовало. Мы с женой медленно направились вдоль своеобразного коридора, стены которого смотрели на нас так, будто хотели разорвать. Наконец мы достигли… гроба! Внутри чёрного ящика лежала мама: руки у неё были скрещены на груди, а сама она источала спокойствие… особенное её лицо с замёршей улыбкой. Маша уткнулась мне в плечо и зарыдала, а я не знал, как реагировать и что сказать, даже слеза не упала. Краем глаза заметил, что отец смотрит на меня. Он встал и куда-то вышел. Я двинулся за ним, Маша за мной. Так мы дошли до кухни.

– Что с ней случилось?

– Сердце остановилось.

– Причина?

– А сам как думаешь?! – Он с яростью и в тоже время с беспомощностью посмотрел мне прямо в глаза. – Убирайся из моего дома!

– Это и мой дом тоже. Я здесь родился.

– К сожалению. В последний раз говорю – убирайся.

– Как хочешь.

Мы развернулись и пошли на выход. У самой двери нас выловила сестра.

– Стой.

– Что ещё? Мы уже уходим.

– Через два дня похороны. – Сестра отвела взгляд и больше ничего не хотела говорить.

– Спасибо.

Я открыл дверь. Передо мной стоял брат. Мы явно были удивлены видеть друг друга. Оба молчали. Вдруг я получил удар в челюсть и вписался в тумбочку, что стояла у двери.

– За что?!

– А сам как думаешь?! – У брата был тот же взгляд, что и у отца.

Я встал ровно и мыс Машей вышли из квартиры. Брат хотел, было, меня догнать, но сестра его остановила. Выйдя из подъезда, мы сели в машину и уехали.

Маша по дороге домой заснула – видимо окончательно её доконала та атмосфера, которая царила в моей родной квартире. До дома ехали почти час. Затем ещё часа три просто катались по городу и окраинам – домой не хотелось совершенно, вернее не хотелось заходить домой в таком паршивом состоянии. Но зайти всё равно пришлось. Я разбудил Машу, и мы поднялись домой. Я сделал ей горячего чаю и усадил отдыхать в мягкое кресло.

– Что они имели в виду, говоря: «А сам как думаешь?!»?