Читаем Две могилы полностью

Ему очень не хотелось здесь замерзнуть.

— Спальня и ванная наверху, кухня сразу за прихожей. Хотите взглянуть?

— Нет, пожалуй. Спасибо.

Женщина огляделась с неподдельной гордостью, словно не замечая пыли и грязи вокруг.

— Я очень придирчиво выбираю тех, кого пускаю в свой дом. Я не потерплю никакого разгула и лиц противоположного пола. Это исторический памятник, и, кроме того, я обязана хранить доброе имя моей семьи. Уверена, что вы меня понимаете.

Фелдер рассеянно кивнул.

— Но вы мне кажетесь порядочным молодым человеком. Возможно — посмотрим, как все сложится, — я буду в определен­ные дни приглашать вас на чай к себе в гостиную.

В гостиную. Фелдер вспомнил рассказ смотрительницы музея о том, как делегацию из Гарварда не пустили даже на порог. Несмотря на предложенную приличную сумму.

Тут он заметил, что мисс Винтур выжидающе смотрит на ­него.

— Договорились? Видите ли, я никуда не выхожу из дома по состоянию здоровья. Пять тысяч в месяц и коммунальные услуги.

Фелдер с удивлением услышал, как кто-то — неужели он сам? — отвечает:

— Хорошо, я согласен.

⁴⁶ «Падение дома Ашеров» — рассказ Эдгара Аллана По, опубликованный в 1839 году.

⁴⁷ Дэвис, Рут Элизабет (1908–1989) — американская актриса, первой в истории кинематографа номинированная на десять «Оскаров».

⁴⁸ Уайт, Стэнфорд (1853–1906) — американский архитектор, автор проекта арки Вашингтона.

22

Д’Агосте довелось повидать в жизни немало дерьма, и он никогда не забудет те два расчлененных трупа из Уолдо-Фоллс, штат Мэн. Но то были еще цветочки. А сейчас он стоял на месте самого кровавого из всех этих действительно ужасных убийств. Обнаженное тело молодой женщины лежало лицом вверх, отрезанные конечности изображали стрелки часов, лужа крови растеклась во все стороны тонкими ручейками, как солнечная корона, а другие вырезанные органы были выложены в круг, обозначая границы этого чудовищного натюрморта. А еще здесь был палец ноги — лишний палец ноги, — заботливо положенный на лоб жертве.

И вдобавок ко всему на животе жертвы кровью была выведена надпись:

«Тебе водить!»

Судмедэксперт, следственная бригада и фотограф провозились здесь несколько часов, закончили свои дела, собрали улики и ушли. Теперь настала его очередь — его и Гиббса. Д’Агоста вынужден был признать, что тот умел терпеливо ждать. Он не размахивал своим жетоном и не расталкивал всех локтями, как поступали другие агенты ФБР. В последнее время руководство криминального бюро разработало правила поведения старших офицеров, присутствующих при осмотре места преступления, в которых им запрещалось вмешиваться в работу специалистов. И д’Агоста относился к этому крайне серьезно. Он уже сбился со счета, сколько раз осмотр срывался из-за появления какого-нибудь начальника, желающего самолично сфотографировать жертву или показать место преступления своим друзьям-политикам, а то и просто для того, чтобы показать, кто здесь главный.

Лучи яркого солнца нагрели воздух в комнате, отчего запах крови, фекалий и смерти стал еще сильнее. Д’Агоста обошел вокруг трупа, тщательно рассматривая малейшие подробности, чтобы они навсегда врезались в память, и мысленно воссоздал картину преступления. Это было хорошо спланированное и четко исполненное убийство. Здесь чувствовалась уверенность преступника, даже некоторое высокомерие.

Как только д’Агоста увидел место преступления, у него возникло дежавю, какая-то неуловимая деталь показалась ему знакомой. Он долго разбирался с этим ощущением и наконец понял, что именно не давало ему покоя. Он словно бы стоял перед экс­позицией в музее, где каждый предмет расположен на определен­ном, тщательно продуманном и просчитанном месте, чтобы соз­дать у зрителя необходимое впечатлению, иллюзию, зрительное восприятие.

Но какое? И зачем?

Он взглянул на Гиббса — тот присел на корточки и изучал надпись на животе убитой. Из-за расставленных вокруг осветительных приборов место преступления пересекали многочислен­ные тени от людей и предметов.

— На сей раз убийца работал в перчатках, — заметил агент.

Д’Агоста кивнул. Важное наблюдение. В его глазах Гиббс поднялся на ступеньку выше.

Он сильно сомневался, что за этими преступлениями действительно стоит брат Пендергаста. Вообще не видел никакой связи между почерком убийцы и тем, что когда-то совершил Диоген. Что касается мотивов, то в отличие от дикого кровавого разгула Диогена нынешний преступник не имел никаких причин расправиться именно с этими случайно выбранными жертвами. Тот человек, которого зафиксировали камеры наблюдения, рос­том, весом и комплекцией примерно соответствовал параметрам Диогена. Но в движениях не чувствовалось ничего общего, и гла­за были совсем другие. Брат Пендергаста не производил впечатления психа, способного изуродовать себя и оставить часть своего­ тела на месте преступления. Наконец, имелась еще одна маленькая сложность: Диоген погиб в жерле сицилийского вулкана. Единственная свидетельница была абсолютно уверена в его смер­ти. Очень надежная свидетельница, пусть даже и сама она слегка­ тронулась умом.