Читаем Две могилы полностью

— Так, — произнесла она. — Ты оказался прав, Дакчак. Этот человек — обыкновенный вор, лишь для отвода глаз арендовавший мою сторожку. — Она презрительно взглянула на Фелдера. — Подумать только, какое коварство: он пил чай в моем доме, пользовался моим гостеприимством, а сам замышлял ограбить слабую, беззащитную женщину. Каков негодяй!

— Прошу вас, — начал оправдываться Фелдер, поднимаясь на колени. В голове пульсировала боль, ребра, вне всякого со­мнения, были сломаны, а во рту чувствовался металлический привкус крови. — Выслушайте меня. Я не собирался ничего красть. Просто хотел взглянуть на библиотеку, о которой слышал столько...

Он умолк на полуслове, увидев, что Дакчак снова угрожающе поднял дубинку. Теперь мисс Винтур вызовет полицию, док­тора Фелдера арестуют и отправят в тюрьму. Это погубит его карьеру. И о чем он только думал?

Слуга нерешительно посмотрел на свою хозяйку, словно спра­шивая: «Что мне с ним делать дальше?»

Доктор судорожно сглотнул. Вот и все. Сейчас приедет полиция, и начнется унизительная процедура ареста. Тут уже ничего не поделаешь. Но можно хотя бы сочинить убедительную историю в свое оправдание.

Мисс Винтур еще раз впилась в него презрительным взглядом. Затем повернулась к Дакчаку.

— Прикончи его, — сказала она. — И закопай труп в подвале. Рядом с остальными.

С этими словами она вышла из библиотеки, ни разу не оглянувшись.

⁸⁹ Травен, Бруно (1890–1969) — псевдоним немецкого писателя, предполагаемое имя которого Травен Торсван Кровс. Наиболее известное его произведение — роман «Сокровища Сьерра-Мадре»; Трапп, Эрнст-Христиан (1745–1818) — немецкий педагог, первый германский профессор педагогики; Тремейн, Моррис Сойер (1871–1941) — американский бизнесмен и политик.

62

Доктор Джон Фелдер медленно, как лунатик, брел по истершейся, покрытой плесенью ковровой дорожке старого особняка. Из раны на голове тонкой струйкой сочилась кровь и стекала по шее, при каждом шаге боль в сломанных ребрах вспыхивала с новой силой. Дакчак шел следом, время от времени подталкивая его дубинкой в спину. Слуга не проронил ни единого звука, слышны были только шорох его балахона и шуршание босых ног по ковру. Пожилая леди скрылась на верхнем этаже дома.

Фелдер брел по коридору, ничего не замечая вокруг. Это было немыслимо, невозможно. Еще мгновение, и он проснется на своем неудобном тюфяке в сторожке. Или в нью-йоркской квар­тире. И вся эта сумасшедшая поездка в Саутпорт окажется диким­ ночным кошмаром...

Дакчак снова подтолкнул его закругленным концом дубинки, и Фелдер с предельной ясностью осознал, что этот кошмар происходит с ним наяву.

И все же доктор отказывался верить, что мисс Винтур действительно велела слуге убить его. Может быть, она просто решила напугать вора? А что означал ее странный приказ закопать труп в подвале рядом с остальными?

Он остановился. Впереди в тусклом чахоточном свете лампочки виднелась столовая, дальше — помещение, похожее на кухню с дверью у дальней стены. Дверью, ведущей в ночную темноту и к свободе. Но Дакчак указал дубинкой другое направление — налево, в другой такой же коридор.

Фелдер начал оглядываться по сторонам. На стенах висели засиженные мухами старинные гравюры. На маленьких столиках стояли фарфоровые статуэтки. И ничего, что могло бы заменить ему оружие. Он случайно задел рукой карман и вспомнил, что там лежит: отвертка, скальпель и локон Констанс. Фонарь он выронил еще в библиотеке, когда упал от мощного удара Дакчака. Скальпель с дюймовым лезвием покажется этому сильному и ловкому парню детской игрушкой. На отвертку и то больше надежды — может быть, удастся всадить ее в грудь этому мерзав­цу. Но он невероятно быстр, так что наверняка успеет увернуться и лишь рассвирепеет.

Нет, это безнадежно. Даже хуже, чем безнадежно.

Дакчак ткнул дубинкой в одну из дверей и жестом приказал Фелдеру открыть ее. Доктор взялся за ручку, его влажная ладонь скользнула по белому мрамору. За дверью была темнота. Дакчак повернул старомодный переключатель, и под потолком вспыхнула лампочка, освещая грубо сколоченную лестницу в подвал.

Ноги у Фелдера затряслись от страха, скрытого под растерянностью, болью и недоумением. Это было попросту невозможно.

— Нет, — сказал он, отпрянув от лестницы. — Нет, прошу вас. Вы ведь не сделаете этого?

Дакчак молча ткнул его дубинкой в спину.

— Я дам вам денег, — пролепетал Фелдер. — У меня есть сто пятьдесят долларов, там, в сторожке. Это останется между нами, она никогда ничего не узнает.

Дакчак снова толкнул его. Доктор пошатнулся и ухватился за перила, чтобы не упасть. Будь удар чуть сильнее, и он скатился бы с лестницы головой вперед.

— Вы не посмеете просто так убить меня. Соседи знают, что я арендую сторожку. Сюда придут полицейские с обыском и раз­несут весь дом по кирпичикам.