Читаем Две луны (СИ) полностью

— Твоя считается? Или там только кость с требухой? Вот и ее считается. Вы там у себя вообще листья с пальм срываете и жрете, а как в цивильные места попадете, так сразу «голова не считается». Все считается. Бульончику сварите, на десятерых отожраться до пуза… А тебе вообще худеть пора давно!

Качок заржал. — Ладно, Мэт, оставь им зад. Отруби четверть.

Муня опять вскинулся в порыве негодования, но Петр нажал ему на плечо. — Хватит права качать. Успеешь еще. А где здесь посидеть можно? Вопросов много. — обратился он к качку.

Тот задумчиво посмотрел на небо. Нашел там невидимый циферблат, посчитал, сколько времени потратит на всякие ненужные разговоры… Потом, что-то решив про себя, махнул рукой.

— А, успеется. Хотел покумекать, как еще ров сделать, если с мотыгами или лопатами намутим… Пошли, чайную покажу.

— Что, чай появился? — Петр удивленно присвистнул.

— Увидите. Меня, кстати, Большим Сэмом кличут.

Они прошли вдоль по улице и остановились напротив домика, над первым этажом которого была коряво намалевана сажей вывеска «coffee».

Тут появилось и кофе? — спросил Иван.

Нет пока ни кофе, ни чая. И вообще ничего нет. — с досадой произнес американец. — Один китаец занялся этим, травки нашел, собирает и сушит. Все это дело называют чаем. Дерьмо, конечно, но лучше пока нет. Они зашли внутрь, и Сэм заказал пожилому седому китайца чайник на всех.

— Вот так пока и живем. У меня к вам тоже вопросы. Это вы же из поселка ушли на вольные хлеба пастись? Как вы устроились?

Да тоже пока потихоньку — неопределенно ответил Петр. — В лесу живность непуганая пока. Ей пока и питаемся.

— Хищники есть?

— Конечно. Но, как и на Земле, к людям подходить опасаются. Шумим много и дыма не любят.

Китаец принес большой глиняный чайник с чашками и стал разливать чай.

— Нам с сахаром. — попросил Сэм.

Тот кивнул достал из кармана мензурку, явно неместную, открутил ее крышку, достал оттуда горсть таблеток и положил по 3 штуки каждому.

— А это откуда? — спросил Петр.

— У хозяев покупают. Там теперь много что продается.

— А вообще, как все это работает?

— Просто. Приносишь все, что считаешь ценным и запихиваешь в ящик. Он убирается внутрь стены, а потом либо монета сыпется, либо товар обратно возвращают, если посчитают ненужным. А так над ящиком висит экран и там есть картинки, за что можно получить деньги.

— То есть мясо можно сдать?

— Да. Я так понял, они берут на переработку все съестное и, с помощью своей машины, делают эти концентраты, которые раздают.

— А шкуры?

— Шкуры тоже.

— А почем? — с неподдельным интересом продолжил спрашивать Муня, проявив в себе зачатки прожженного торгаша.

— Да мало.

— А мало, это сколько?

— Когда один медяк, когда три. Я не интересовался. Слышал от охотников мельком.

Муня разочарованно вздохнул.

— А продают что? — спросил Петр.

— Бытовуху разную пока в основном. Посуду, инструменты для хозяйства. Очень дорого. Одна сраная пластиковая миска стоит, как десять кило мяса. У ножей, молотков и всяких других железяк вообще заоблачные ценники. Огнестрела нет вообще. Чувствуем себя дикарями, отдающими за бусы все самое сокровенное. Не знаю, как вы, я по — другому представлял возможность пожить на другой планете, вместо того, чтоб спокойно себе в камере сидеть.

— Ну так не зря же собирали на корабль самых ненужных. — задумчиво промолвил Петр. — Кто здесь оказался? Те, кому терять уже нечего. У всех здесь сроки на Земле от пятнашки и выше. Убийцы, воры в особо крупных, торговцы наркотой. Вот только зачем мы им? Нашим перевоспитанием точно здесь никто заниматься собирается. Как котят в речку кинули и смотрят, выживут или нет.

— Вот и я так думаю. — Сказал Сэм, прихлебывая мелкими глоточками чай. С голоду подохнуть не дают, а вот зачем держат — неясно. Мутят чего — то. Хвостатые эти еще. Когда нападали на поселок, я понял, они ни разу не животные. Я сначала на крыше спрятался. Там ветки, сломанные валялись, я их собрал и навалил на себя. Глядел что внизу творилось. У них сзади пара ящериц трупы выбирали и волокли куда — то. Они могли сожрать всех тогда, но не стали этого делать, а ушли. Спрашивается почему?

— Наелись может… — предположил Муня.

— Когда хищник стаей нападает, он быстро звереет и во вкус крови уходит. И тогда рвут всех подряд. — Уверенно сказал Петр.

— Да. — подтвердил Сэм. — Есть такое. Во вкус войдешь, в глазах кровь, пока всех не отоваришь, не успокоишься. Я и сел за это, а не за наркоту, которой мы приторговывали. А эти ушли, как по команде. И часть трупов не нашли потом. Значит, унесли куда — то. Никаких останков возле города не обнаружили, хотя тут уже порядочно походили. И вчера два охотника пропало. Они вдоль реки пошли новые территории смотреть… Кстати, тут такая фигня появилась интересная: начали достижения раздавать. А за них пайки улучшают.

— Достижения — это хорошо. А какие?