В «Доме со львами» царствовала и правила, казнила и миловала Розалия Самойловна Самойлова, знаменитая Землячка, переведенная в Москву из Крыма.

Как писал Емельянов, «Землячка привлекала к партийной работе в райкоме членов партии – студентов Горной академии и всегда находила в них опору. Особенно хорошо Розалия Самойловна знала Тевосяна и Фадеева».

И действительно – если Фадеева, как главу парторганизации, постоянно привлекали к работе, но по крайней мере не узурпировали, то Тевосян вскоре начал работать в райкоме на полную, как сегодня бы сказали, ставку - вначале партийным организатором четвертого участка, а затем заведующим организационно-инструкторским отделом.

В жизни каждого из этих двоих Землячка сыграла очень важную роль, поэтому не рассказать о ней я не имею права.

Валькирия

Сегодняшняя широкая публика Розалию Землячку знает (если вообще знает) исключительно как организатора уничтожения белых офицеров в Крыму. А визуально ее представляют в основном по фильму Никиты Михалкова «Солнечный удар», где в роли Землячки снялась певица и актриса Мириам Сехон.

И здесь надо все-таки понимать, что сегодняшнее время – это время, где во главе угла стоит картинка. Поэтому революционерка в фильме выглядела примерно так:

Но на деле Розалии Самуиловне в 1920-21 годах было уже 45 лет, и смотрелась она далеко не так эффектно.

Любопытно, что в советских фильмах «фурию красного террора», как ее назвал Солженицын, показывали всегда «на свой возраст». Вот вам в качестве примера кадр из фильма 1987 года «В Крыму не всегда лето», где Землячку сыграла Нора Грякалова.

В советские времена вообще существовал занятный парадокс. С одной стороны, тогдашнюю официальную версию истории (а особенно – истории первых лет Советской власти) правдивой не назовет даже самый благожелательный человек. В ней было огромное количество умолчаний, недомолвок и искажений исторических фактов.

С другой стороны – про то, о чем можно было рассказывать, врать не разрешалось. И это не только про сохранение возраста в фильмах. Когда я собирал материалы о Розалии Самуиловне Залкинд, оставшейся в истории под партийным псевдонимом «Землячка», мне попался очень любопытный текст. Это статья «За достоверность документально-художественных изданий», опубликованная в журнале «Вопросы истории» в 1976 году. В ней авторы С. Я. Косухкин и В. В. Малиновский разбирают исторические ляпы в пропагандистских книгах, выходящих в сериях «Пламенные революционеры», «Историко-революционная библиотека», «Борцы за великое дело» и т.п. По нынешним временам это и не ляпы даже – так, мелкие неточности, но авторы сурово клеймят позором авторов, допустивших даже незначительные ошибки.

Досталось там и текстам про нашу героиню: «Рассказам о Землячке» Веры Морозовой и «Январским ночам» Льва Овалова, по которым прошлись, как тогда говорили, «с карандашиком»:

«Для примера сошлемся на интересную, своеобразную по композиции документальную повесть "Январские ночи" Л. Овалова, в которой он описывает, как группа политработников во главе с Р. С. Землячкой идет по улицам обстреливаемого англичанами Котласа навстречу отступающим красноармейским частям, которые тратят последние силы, пытаясь удержать город. Между тем англо-американские интервенты, как известно, были остановлены осенью 1918 г. более чем в 200 км севернее Котласа, важнейшего в то время стратегического пункта на Севере. К этой ошибке автора привело недостаточно внимательное прочтение воспоминаний Р. С. Землячки и, очевидно, нежелание глубже познакомиться с литературой о гражданской войне на Севере».

Я это рассказываю не для того, чтобы уязвить Льва Овалова, о котором речь впереди.

Я о том, что раньше говорить можно было не обо всем, но рассказывая о разрешенном – требовалось обязательно проверять информацию.

Сейчас же ситуация прямо противоположная – запретных тем нет, но и информацию проверять нынче совершенно не обязательно.

Убежденность в собственной правоте – вполне легитимная замена компетенции.

В итоге со сбором достоверной информации о Землячке была просто беда – ее реальная личность надежно погребена под целой горой эмоций, мнений, слухов, фактов, бредней, восхвалений и проклятий. И извлечь оттуда не истину даже, а хотя бы достоверные факты – весьма нетривиальная задача.