Читаем Душа юности полностью

Никто не виновен, здесь все игроки

И всем опостылели стороны боли.


Улыбку пришей и, сокрывши боль,

Играй, ведь ты постоянно играешь.

Но будь осторожен, ведь выпадет ноль,

И помни всегда, куда ты шагаешь.


14 ноября 2019

Пусть за окном темно

Пусть за окном темно,

А на улице сыро,

Я не смотря ни на что

Просто скажу: «Спасибо»


Тем, кто со мною был,

Тем, кто со мною будет,

Тем, кто меня полюбил

И кто меня полюбит.


В мыслях бездонных своих

Помню улыбки все.

Помню я каждый миг

Светом в своей судьбе.


В дни, когда мне совсем

Было несносно грустно,

Я благодарна тем,

Кто мне тогда улыбнулся.


Тем, кто меня провёл

В жизнь держа за руку,

Тем, кто меня нашёл

И с кем терплю разлуку.


Каждого благодарю,

И я безмерно рада

Тем, кого я люблю,

И большего мне не надо.


24 ноября 2019

Небеса

Давно ли… было всё иным?

Давно ли… небо было ярче?

Должно ли становиться всё таким?

Должно ли всё происходить иначе?


Ещё тогда грустили небеса,

И неизбежно время проносилось.

Ещё тогда в девчоночьих глазах

Тоской холодной вечером сквозило.


Сквозила неизбежность перемен,

Тоска о том, что в прошлое уходит.

Она ушла, и к ней пришла взамен

Тоска о том, что в жизнь мою приходит.


Назначена ль такая мне судьба,

И если нет, то отчего ж так было,

Что с грустью я смотрела на закат,

А вот рассветы я всегда любила?


Ещё ж тогда грустили небеса,

И так хотелось растянуть мгновенье,

Чтоб дружба сохранилась на века

И на всю вечность – счастьем упоенье.


Нет, предначертана такая мне судьба,

И я всегда об этом тайно знала.

Я знала это втайне от себя

До ныне и от самого начала.


О том, что предначертана мне боль

И горькое при жизни расставанье.

О том, что там, где будет жить любовь,

Есть и предательство, и лживость, и страданье.


Упорно смотрят вдаль мои глаза,

Земля всё мчится по своей орбите.

И неизбежно мчатся небеса…

Куда вы мчитесь? Просто подскажите.


2 декабря 2019

Алые сердца. Баллада о волке

(По дораме "Алые сердца. Корё")

Порой одна лишь добрая рука

Меняет ход истории на века.

Затмением, одним на сотни лет,

В судьбу других замешан человек.


Там всех объединяло лишь одно:

Им выжить нужно, вот, что решено.

И каждый здесь по-своему выживал.

Кто доброте, кто злу себя отдал.


А в этой мгле метался тёмный волк,

И для людей навеки он замолк.

Ножами искалечено лицо,

И маской служит видимое зло.


Никто не слышал боли той души

От криков человеческой глуши.

Все отвернулись от его лица.

Волк болен был, навеки, без конца.


В затмении познал людскую суть,

На солнце не надеялся взглянуть.

Вся жизнь его жестокою была,

Всё ближе подпуская руки зла.


Но солнце просочилось через тьму.

Улыбки блеск мерещился ему.

Затмением его путь предрешён.

Из тьмы однажды выберется он.


Ведь неспроста он руку протянул,

Спас девушку, попавшую в беду.

С рождения и до смерти он волк,

Но больше он не будет одинок.


Когда он снимет маску перед ней,

Она не отведёт своих очей.

Рукою прикоснётся до лица,

В одно сольются алые сердца.


Но в безутешной сутолоке лет

И в череде смертей родных и бед

Им пережить раздельно суждено

Падения, предательства и зло.


Калечились их души и сердца.

Она одна пугается лица,

Лица того, кто на всю жизнь волк,

Того, кто пуще прежнего жесток.


Что делать ей? Скорей умчаться прочь?

Иль вопреки самой судьбе помочь?

Любовь во власть историю взяла.

Она себя навеки отдала.


И крылья сердце волка обрело,

От зла закрыл любимую крылом.

Но многое пришлось ему познать.

Он императором теперь обязан стать.


И вновь черствеют шрамы всё сильней.

Волк меньше уже думает о ней.

К вершине императорской идёт,

Не зная, что на троне его ждёт,


Что одному пройти путь суждено

И для Хе Су здесь время сочтено,

Что каждый грех, который не простил,

Лишает той, которую любил.


И каждый след от пролитой крови

Слезою стал от порванной любви.

Но верный путь раскаянием обрёл.

Рассвет настал в разбуженном Корё.


Светила ярко-лунная заря,

Соединяя алые сердца.

Рассвет мир озаряет вновь и вновь.

Веками светит лунная любовь.


Ни расстояние, ни время, нипочём.

Тысячелетием стук сердца отделён.

Но вопреки он смотрит в высоту,

И в синеве он чувствует Хе Су.


И в тот же миг, но тысячу лет спустя,

Она взглянула прямо на тебя.

Великое достойное лицо

Премудрого правителя Ван Со.


9 декабря 2019

Запах войны

Быть может, о войне нельзя красноречиво

Писать и декларировать стихи,

Ведь миллионы было на войне убито.

Война ужасна, как ни посмотри.


И что прекрасного в ружье или шинели,

За километры пахнущих войной?

С улыбкою на фронт мальчишки их одели,

А кто пришёл из юношей живой?


Таков закон: оружие пахнет смертью,

У смерти омерзительно лицо.

Оружие на войну несут солдаты с честью,

А пуль не счесть как на земле песок,


Кровавых пуль, кровавыми ручьями

Несущими детишек в мир иной

И боль солдат, расставшихся с друзьями.

Не стоит восхищаться нам войной.


Не стоит говорить красноречиво,

Но всё же стоит вечно вспоминать.

Война миллионы звёздочек убила.

Нельзя не помнить и нельзя молчать.


11 декабря 2019

Дикие розы

Я в детстве полюбила месяц-май,

Овеян лёгким голубым дыханием.

Прекрасный тёплый золотистый край

Перейти на страницу:

Похожие книги

Расправить крылья
Расправить крылья

Я – принцесса огромного королевства, и у меня немало обязанностей. Зато как у метаморфа – куча возможностей! Мои планы на жизнь весьма далеки от того, чего хочет король, но я всегда могу рассчитывать на помощь любимой старшей сестры. Академия магических секретов давно ждет меня! Даже если отец против, и придется штурмовать приемную комиссию под чужой личиной. Главное – не раскрыть свой секрет и не вляпаться в очередные неприятности. Но ведь не все из этого выполнимо, правда? Особенно когда вернулся тот, кого я и не ожидала увидеть, а мне напророчили спасти страну ценой собственной свободы.

Елена Левашова , Людмила Ивановна Кайсарова , Марина Ружанская , Юлия Эллисон , Анжелика Романова

Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Романы
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия