Читаем Дури еще хватает полностью

Никогда не видел, чтобы столько людей, покидая театр, разговаривали друг с другом. У каждого находилось что сказать. В зале я оказался по соседству с Эдвиной Карри, ни больше ни меньше. У нее, естественно, имеются очень твердые убеждения относительно всего происходящего в пьесе. Вздорные, как и следовало ожидать. «Он не оправдал ее ожиданий». Что же, и за это его надлежит лишить жены, дома и работы, так? На что походила бы жизнь самой Эдвины, если бы ее наказывали за сексуальную нескромность подобного рода?[101]

От послепремьерного приема мы отвертелись и направили стопы наши в Нилз-Ярд, в ресторан «Брикстонец», где праздновал свой день рождения друг Аластера Иэн Пуатье. Симпатичный малыш из Вест-Индии, Иэн учился с Ал. в Оксф. И уверяет, что приходится племянником великому Сиднею. Впрочем, оттуда мы тоже ушли и отправились в «Плющ», чтобы поесть. Столкнулся там с Саймоном Греем, которому, натурально, «Олеанна» не нравится. Потом домой и в койку.

Вторник, 21 сентября 1993

Снова все утро позировал Мэгги. Сегодня она начала большое полотно маслом, надеюсь, к пятнице закончит. Это интересно, но отнимает силы. Вернулся домой, немного поработал, потом отправился на Монти-стрит, к портному Дуги Хейуарду, чтобы снять мерку для костюма. Он собирается сшить темно-синий. Никогда не носил костюм такого цвета, но может получиться недурно. Он шьет для Майкла Кейна и Джона Клиза (который его и порекомендовал) – во многом человек 60‑х, как и Томми Нуттер, шьющий для Теренса Стампа и других людей подобного рода. Не уверен, что моя туша будет выглядеть в его изделии наилучшим образом, ну да посмотрим.

В семь тридцать, изрядно и вроде бы с толком потрудившись (написал сцену, в которой Дэви уговаривает четырнадцатилетнюю девочку со скобками на зубах сделать ему минет), поехал в такси на квартиру Бена. Он в состоянии не самом лучшем, бедная любовь моя. Псориаз разгулялся. Бен обратился к китайцу, Тонгу, который так помог Джо Лори, но успехов пока не наблюдается. Китаец посоветовал ему в течение года избегать дрожжей, то есть и пива, а для Бена это нож острый. Однако, если причина болезни – напряжение, в котором живет Бен, удивительно, по чести сказать, что он так легко отделался. К нему заглянули Нил и Гленис Киннок, мы пошли в «Бомбейскую пивную». Н и Г в великолепной форме. Я с изумлением и наслаждением услышал от них, что они пришли к одному со мной заключению, – если б не это, не стал бы о нем и упоминать, считая его святотатственным… – а именно: либеральным демократам и лейбористом пора бы объе-мать их-диниться и вышибить из парламента тори. Очень хорошо провел время.

Домой притащился около часа.

Среда, 22 сентября 1993

Честно говоря, день меня разочаровал. Возможности поработать не было. Дэвид Томлинсон[102] пригласил меня на ленч в ресторан «Калуччи», что на Нил-стрит. Чудесное место, баснословные грибы, хорошие вино и компания – Дэвид, Ричард Инграмс{105}, его помощница по «Олди» Изабель и Берил Бейнбридж{106}, как всегда веселая. Увы, слишком много немыслимо хорошего виски. В обалдении добрел до дома, а оттуда поехал в такси на примерку костюма Ювенала, которого буду изображать на следующей неделе. В такси же вернулся назад, полчаса поспал, затем пришлось готовиться к походу в театр. Смотрел в «Донмаре» новую пьесу Саймона Доналдса «Жизнь материи», началась плоховато, но затем воспрянула. В значительной мере – работа молодого неопытного драматурга, однако полная души, неожиданностей и определенного остроумия (по большей части вторичного и бессвязного, если честно). Я был там с Ло и Кристианом (Саймон – клиент Ло), а кроме того, некоей Сарой и ее любовником Домиником Мингелла, братом Энтони{107} и тоже, судя по всему, сценаристом. Рядом с театром построен новый комплекс зданий, называется «У Томаса Нила», какой-то торговый центр. Отужинали там в новой «Меццалуне» – это часть той же сети ресторанов, какую видишь в ЛА и Нью-Йорке. Затем снова домой.

Четверг, 23 сентября 1993

Более продуктивный день. 77 000 слов! Господи, надеюсь, роман получится хороший. В 11.00 озвучивал рекламу «Матчмейкерс» – с Джоном Джанкином{108}, ни больше ни меньше. Тучный дяденька, дружелюбный, не кислый, ворчлив, чувствует себя обойденным, как и многие в его возрасте… Барри Ту к и проч.

Пишу это в 4.45. Нужно принять душ и переодеться к премьере «Беглеца»{109}. Веду туда Алису Фэй; заказал лимузин, чтобы он забрал ее с работы. Премьера в подновленном вест-эндском «Уорнере», оттуда мы отправимся на прием в «Савой», хотя нас пригласили также на другой прием, который устраивают Майкл и Шакира Кейн, так что придется сначала на часок заскочить к ним. Завтра все тебе расскажу, Душечка. (Душечка – сокращенное от «Дневник Душечки», так называет свой дневник в «Гиппопотаме» – название окончательное, уверен – Оливер Миллс.) Пора переодеваться. Завтра все расскажу.

Пятница, 24 сентября 1993

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное