Читаем Дух войны (СИ) полностью

— Какая ты непоследовательная, Агнесс. Подполковничиха тебе — зверюга, эта красотка — змея, а говоришь, что любишь женщин!

Агнесс вспыхнула и спрятала глаза.

— Подполковничиха… Вот уж ураган…

— Воздушный алхимик, — хмыкнул Рой, выцеживая из фляжки последние капли воды.

— Видел бы ты… — Агнесс замялась.

— Что видел? — Рой слегка наклонил голову.

— Что с ними со всеми стало…

Мустанг тяжело вздохнул. Выбранный им путь, путь Огненной алхимии, был весьма и весьма далек от мирного применения. И сейчас, имея серебряные часы на цепочке в кармане и твердое намерение следовать завету полковника Грана защищать Аместрис до последнего вздоха, он был как никогда уверен — его дело правое.

— Это война, Агнесс, — он устало улыбнулся и потянулся к коротко стриженной макушке сидевшей перед ним Эдельвайс, которая скорее казалась напуганной маленькой девчонкой, чем майором армии.

Агнесс только кивнула, равнодушная к мимолетной дружеской ласке, и принялась изучать носки собственных сапог.

— Мустанг, твоя очередь, — вернувшийся Зольф чему-то счастливо улыбался, потирая руки.

— К змеище-то? — Рой засмеялся.

— Белый алхимик — прекрасная собеседница, — тон Зольфа стал каким-то занудно-назидательным. — И отличный врач. Рекомендую.

— Странные у тебя вкусы, — проворчала Агнесс, вставая и уходя к своей палатке.

Зольф усмехнулся, садясь на камень и вытягивая ноги. Отстегнул от пояса фляжку, слегка смочил губы и, недовольно покачав головой, туго завинтил крышку. Ему понравился результат командной работы с Огненным. Они, по мнению Кимбли, составили отличный дуэт — на фоне громыхающего оркестра взрывов легкое потрескивание огня выделялось нежной скрипичной мелодией, к расцветающим багрянцем цветам добавлялся бескомпромиссный красный, временами переходя в ненасытный желтый, а то, что не пало под напором ударной волны, жадно облизывали языки пламени. Если они выберутся из каменной ловушки — а иное не укладывалось в сознании Зольфа — они были слишком нужны Аместрису, а, значит, и миру! — то это будет лучшим, что ему доводилось переживать за всю жизнь!

— Куда ты дел Эдельвайс? — недоуменно спросил Мустанг, вывалившись из медицинской палатки.

— Никуда, — казалось, Кимбли вообще не было дела до происходящего вокруг, — сама ушла.

— А-а, — многозначительно протянул Рой, оглядываясь. — А ты все-таки ненормальный. Эта Белая — форменная змеища. Кстати, ты не знаешь, как зовут ту скромняшку с каштановыми кудрями?

— Которую на западный фланг отправили?

— Да-да, — воодушевился Рой. — Ее самую. Скажи, хорошенькая?

— Понятия не имею, — покачал головой Кимбли. — И смотри, не наломай дров, нам тут еще черт знает сколько сидеть, герой-любовник!

— Всех к восточному флангу, — неслышно, словно змея, к ним подошла Белая. — У командования новости.

— Рация ожила, — сообщил Баск Гран, когда все собрались у назначенного места. — Позывные наших. Просят открыть проход.

— Господин полковник, вы уверены, что это не диверсия? — Стингер подобралась и недоверчиво смотрела на все и вся вокруг.

— Мы не можем быть в этом уверены, — отчеканил Гран. — Диспозиция следующая: если это враг, загоняем его в проход, уничтожаем здесь, как в ловушке, но так, чтобы от них хоть что-то осталось! — он строго посмотрел в сторону Мустанга и Кимбли. — Обыскиваем и, исходя из этого, строим дальнейший план! Армстронг, откроете проход и следите, если это враг — впускаете всех и закрываете! Медики — на западную площадку. Дефендеры — прикрывать медиков. Команч, Макдугал — на юг; Кимбли, Мустанг — восток; Стингер, Эдельвайс — север. Я здесь, с вами, майор Армстронг.

Когда все рассредоточились и заняли позиции на указанных местах, в стене открылась роскошнейшая арка с вычурными барельефами.

— Полковник Гран? — вошедший поднял руки, демонстрируя, что при нем нет оружия. — Мы пригнали пять грузовиков, думаю, все разместятся без проблем, как и фураж с боеприпасами.

*

— Браунинг, черт тебя раздери! — Мустанг горячо пожал руку давнему однокашнику, пока остальные собирали скромный скарб и грузили его в кузов одного из грузовиков.

Пусть они с Винсентом Браунингом никогда не были друзьями, но сейчас встреча со старым знакомым казалась глотком свежего воздуха.

— Вот и свиделись, — Браунинг оскалил в улыбке неровные зубы. — Давай, собирайся живей, в дороге поговорим.

Под тентом в кузове было чертовски пыльно, а ближе к кабине — еще и невыносимо душно. Узкие деревянные лавчонки оказались скрипучими и жесткими. Узнав о том, что в число потерь в результате ишварской диверсии вошло все подкрепление, кроме собственно алхимиков, последних распределили по двум грузовикам, отрядив им в сопровождение по несколько солдат. Солдат посадили у самой задней перегородки — в качестве прикрытия, что вызвало неодобрение у большей части алхимиков, но спорить никто не стал. В конце концов, за эту спасательную операцию отвечал нелюдимый немолодой бригадный генерал, который обсудил какие-то детали лично с полковником Граном.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман