Читаем Дух демона полностью

Голос его звучал серьезно, но самого Джоджонаха тоже одолевали сильные сомнения. В их ордене были фанатики, которым казалось, будто десница Божья способна покарать противников церкви везде и всегда. Джоджонах слышал, как во время недавней осады Санта-Мир-Абель один монах, стоя на прибрежной стене, непрестанно призывал Бога прийти на помощь и обрушить на наступавших свою карающую десницу. Магистр Джоджонах тоже верил в силу Бога, но считал ее аналогичной силе добра. Он верил, что любая крупная битва непременно окончится победой добра, ибо оно по своей природе сильнее зла. Джоджонах полагал, что и Фрэнсис обладает схожими воззрениями. Несмотря на прочие недостатки, он был мыслящим человеком, хотя немного рационалистом, постоянно поверяющим веру логикой.

Фрэнсис хитро поглядывал на магистра.

— Бог был на нашей стороне. В наших сердцах, в силе, направляющей наше оружие, и конечно же в магии, сокрушающей наших врагов. Но это… — он указал кивком на долину и выразительно развел руками, — это, быть может, и было деянием Божьим, но исполненным рукой благочестивого человека. Или же — следствием злоупотребления земной магией, к которой прибегал демон-дракон.

— Скорее последнее, — ответил магистр Джоджонах, хотя его упования были совсем иными. Он надеялся, что здесь не обошлось без участия брата Эвелина.

Подошедший брат Браумин услышал последние слова, заставившие его внимательно поглядеть на брата Фрэнсиса. Его искренне удивил ответ этого ретивого монаха. Затем Браумин, не переставая изумляться, взглянул на магистра Джоджонаха. Его наставник лишь улыбнулся и кивнул, сам будучи не особо удивлен. Магистр Джоджонах вдруг обнаружил, что брат Фрэнсис не настолько безнадежен, как ему казалось, и кое-что в нем даже понравилось старому монаху. Он помолчал еще немного, обдумывая, возможно ли направить брата Фрэнсиса по новому пути.

— Что бы здесь ни случилось, это исходило из той горы, — рассудил брат Фрэнсис. — Аида, так ее называют.

Эти слова вызвали любопытные взгляды его спутников.

— Именно так назвал ее альпинадорец, — продолжал Фрэнсис. — И то же имя встречается на многих старых картах, которые я изучал. Аида, одиноко стоящая гора в центре кольца, логово демона.

— Нелегко будет туда добраться, — сказал брат Браумин.

— А можно ли было ожидать чего-то иного? — со смехом спросил брат Фрэнсис.

И вновь его спутникам оставалось лишь переглянуться и пожать плечами. Им показалось, что взрыв не только избавил мир от демона-дракона, но, быть может, заодно избавил и брата Фрэнсиса от нескольких его внутренних демонов.

Что ж, пусть будет так, подумали они, принимая доброе расположение духа брата Фрэнсиса как благодать. Оставалось лишь надеяться, что оно сохранится и впредь.

Вопреки опасениям путешествие по засыпанному пеплом полю оказалось нетрудным. Ветер, наметая холмы пепла в одних местах, полностью сдувал его с других.

Уже вблизи самой горы возница первой повозки сделал ужасающее открытие. На его крик сбежались монахи и увидели несколько тел, торчащих из пепла по обочинам змеящейся тропы.

— Поври, — заключил брат Браумин, подойдя и оглядев трупы. — И один гоблин.

— А там… там, похоже, великан, — сказал другой монах, указывая туда, где над грудой пепла возвышалась огромная нога.

— Значит, наши враги были здесь, — отметил магистр Джоджонах.

— Были, — повторил брат Фрэнсис, делая упор на этом слове.

Доехав до самого подножья разрушенной горы, караван остановился, образовав круг из повозок. Магистр Джоджонах распорядился, чтобы половина братьев занялась устройством стоянки, а другая половина тщательно осмотрела окрестности, сосредоточившись, прежде всего, на поисках какого-либо входа внутрь горы или тропы, позволяющей подняться наверх. Уже вечером, взяв факелы и один бриллиант, несколько монахов отправились к извилистой пещере, ведущей в недра Аиды. Менее чем через час они возвратились назад, сообщив, что проход завален крупным обломком скалы.

— Несомненно, до взрыва этот проход был намного длиннее, — сообщил магистру Джоджонаху брат Делман.

— Будем надеяться, что не все проходы столь сильно завалены, — ответил магистр, стараясь предать своему голосу бодрый и уверенный тон. Однако, глядя на развороченную взрывом Аиду, ему пришлось умерить свой оптимизм.

Брат Делман повел монахов в другой проход, а когда и тот внезапно оборвался, он без колебаний направился в третий.

— У него хорошие задатки, — сказал Джоджонаху брат Браумин, когда Делман отправился на разведку в третий раз.

— У него есть сердце, — согласился Джоджонах.

— И вера, — добавил брат Браумин. — Сильная вера, иначе он не стал бы браться за порученное дело с такой решимостью.

— Неужели кто-то своей решимостью способен превзойти брата Фрэнсиса? — спросил магистр Джоджонах.

Оба взглянули в сторону Фрэнсиса, который склонился над картами, до мельчайших подробностей изучая Барбакан.