Читаем Дух демона полностью

Но голос разума заглушил поднявшиеся в нем чувства. Барон Билдеборох нуждался в нем сильнее, чем Элбрайн, Пони и Джуравиль. Джуравиль вполне может занять его место и быть разведчиком. А если им суждено будет принять бой, по сравнению с мечом Элбрайна и магией Пони его сноровка — ничто.

— Обещайте мне, что вы разыщете меня, когда будете возвращаться через Палмарис, — произнес парень, с трудом выговаривая каждое слово.

Элбрайн рассмеялся.

— Неужели ты в этом сомневаешься? — чистосердечно спросил он. — Джуравиль обязательно будет возвращаться домой через Палмарис.

— И мы с Элбрайном — тоже, — добавила Пони. — Когда все это кончится и снова воцарится мир, мы вернемся на нашу родину, в Дундалис. Там же и родные места Смотрителя. А перед этим мне нужно вернуть в Палмарис мою семью, — сказала она.

С тихой улыбкой она крепко обняла Роджера, едва не выхватив его из седла.

— Даже если бы наш путь лежал в другом направлении, мы ни за что не забыли бы про Роджера Не-Запрешь.

Она поцеловала парня в щеку, отчего тот густо покраснел.

— Видишь, у каждого из нас есть свой долг, — продолжала Пони. — Две возможности победить одного врага. Мы победим его, и тогда вместе отпразднуем победу.

Роджер оцепенело кивнул. Под напором чувств он был не в состоянии говорить. Элбрайн подвинулся к нему и потрепал по плечу. Роджер обернулся и увидел одобрительно кивающего Джуравиля. Как он не хотел покидать их! Разве он мог уйти от первых в его жизни настоящих друзей? От тех, кто не постеснялся сказать ему правду о его недостатках и кто сумел оценить его достоинства?

Но поскольку его настоящим друзьям грозили настоящие опасности со стороны могущественной Абеликанской церкви, Роджер понимал, что должен вернуться к барону Билдебороху. За свои недолгие годы он успел многое повидать, но никогда еще совесть не требовала от него столь значительной жертвы. Когда-то из-за своего каприза он отправился вслед за Элбрайном в Кертинеллу. Сейчас его решение было продиктовано альтруизмом, а не завистью и не страхом, что Элбрайн его превзойдет. На этот раз Роджер действовал из любви к Пони и Элбрайну, а также к Джуравилю — самому суровому и беспощадному его другу.

Роджер молча пожал Элбрайну руку, обнял его, затем натянул поводья Филдера и ускакал.

— А он вырос, — произнес Белли'мар Джуравиль.

Пони и Элбрайн молча кивнули. Им обоим было грустно расставаться с Роджером. Пони спрыгнула с Дара и подошла к Грейстоуну. Элбрайн взял Дара под уздцы, и они оба повели лошадей к месту привала.

Быстро собрав то немногое, что требовалось им в дорогу, друзья выехали в направлении Палмариса. Джуравиль накинул на крылья покрывало, спрятав под ним и свое оружие, и стал похож на мальчика, сидящего позади Пони. Они решили въехать в город через северные ворота. Теперь, когда непосредственная угроза вражеского вторжения миновала, ворота закрывались позже, и все трое надеялись, что сумеют беспрепятственно въехать в Палмарис.

Через селения на подступах к городу ехали молча. Большинство домов по-прежнему были пусты, но в некоторые уже вернулись их обитатели. Несколько раз они замечали впереди фигурку Роджера, но не стали окликать его. Учитывая недавние события и отношения, складывающиеся между Роджером и бароном Билдеборохом, их появление у городских ворот вчетвером лишь возбудило бы ненужный интерес.

По той же причине Элбрайн и Пони послушались совета Джуравиля и остановились на ночлег, не доезжая Палмариса. Лучше дождаться дня. К тому времени городская стража успеет позабыть о Роджере.

Никому не хотелось нарушать тишину, особенно Элбрайну, которого одолевали раздумья.

— Думаешь о Смотрителе? — спросила за ужином Пони, когда они ели великолепное жаркое из кроликов, подстреленных Джуравилем.

Элбрайн кивнул.

— Я помню его в Дундалисе. Это было еще до твоего возвращения. А ты помнишь, как в детстве мы сидели на северном склоне и ждали наших отцов с охоты? Тогда мы впервые услышали музыку Лесного Духа.

Пони улыбнулась, вспомнив далекое, безоблачное время. Она понимала, что Элбрайном владеет нечто большее, чем ностальгические чувства. В каждом слове ее любимого сейчас ощущались угрызения совести.

Сидевший поодаль Джуравиль тоже уловил состояние Элбрайна и быстро включился в разговор.

— Но ты же думал, что он погиб, — напомнил эльф.

Пони и Элбрайн разом повернулись к нему.

— Глупо казнить себя, — продолжал эльф. — Ты ведь считал, что его придавило громадной глыбой. Что вам оставалось делать? Голыми руками разгребать завал? Или ты забыл, Полуночник, что у тебя была сломана и покалечена рука?

— Мы не виним себя, — возразила Пони, но ее слова прозвучали неубедительно даже для нее самой.

— Нет, вините! — сказал ехидно посмеиваясь Джуравиль. — Людям свойственно предаваться самобичеванию. Для меня это чересчур. Сейчас не время винить себя, особенно вам. Вы сделали все, что могли, и до конца были верны кентавру. Но даже сейчас, при всем том, что вам известно, вы сомневаетесь: а Смотритель ли это?

— Похоже, есть веские доказательства, что это он, — ответил Элбрайн.