Читаем Дух демона полностью

— Скажи Полуночнику, что это был твой план, — объявил Джуравиль, — и что я полностью его одобрил. Скажи, что, по твоему мнению, мы должны нанести по гоблинам сокрушительный удар. Не стесняйся, это твой план.

— Но это ложь, — возразил Роджер.

— Неужели? — удивился эльф. — А когда ты услышал про гоблинов, разве ты не подумал о нападении? И не было ли твое повиновение Элбрайну единственным, что помешало тебе высказать свое мнение?

Парень выпятил губы, задумавшись над справедливостью этих слов.

— В твоем несогласии нет ничего дурного, — уверил его Джуравиль. — Ты неоднократно доказал весомость своего мнения в подобных делах. Полуночник это понимает. И Пони. И я тоже.

Роджер вновь повернулся и бросился в лагерь, но в этот раз — куда быстрее.

— Мой малютка! — закричала женщина. — Нет, не трогайте его, умоляю!

— Чё? — спросил предводитель гоблинов.

От неожиданности он запустил руку в волосы и поскреб голову. Эти гоблины пришли из Вересковых Пустошей и плохо знали здешний язык. Правда, пообщавшись с поври и набравшись от них достаточно слов, общий смысл они кое-как понимали.

Гоблин увидел, как его воинство заволновалось. Все жаждали крови, хотя никто не был настроен сражаться по-настоящему. А тут легкая добыча словно сама шла им в руки: чик — и готово.

В это время сквозь тучи проглянула луна и залила ночной лес ярким светом.

— Прошу вас, — умолял невидимый женский голос. — Они же совсем дети!

Дальше гоблинам было уже не сдержаться. Не успел их вожак вымолвить и слова, как гоблины со всех ног бросились в лес. Каждый стремился первым добраться до жертвы и убить ее.

Из темноты раздался новый крик, но ничуть не ближе, чем предыдущий. Гоблины продолжали наносить удары вслепую, продираясь сквозь кусты и спотыкаясь о жилистые корни деревьев. Однако упрямые твари подымались и бежали дальше. Наконец все они добрались до опушки. На противоположном конце ее громоздились валуны. Слева опушку окаймляли сосны, а справа — раскидистые дубы и клены.

Откуда-то из-за сосен вновь послышался женский голос, но то был не неистовый крик отчаяния или боли, а дерзкая песенка:

— Чё? — снова спросил у вожака кто-то.

Песенку подхватил мелодичный и звонкий голос эльфа, раздавшийся откуда-то с дуба:

Зазвучали и другие голоса. Когда слышались особо оскорбительные для гоблинов слова, раздавался дружный смех. Наконец зазвучал глубокий и сильный голос. Слова лились спокойно и неотвратимо, и лес замер, вслушиваясь в них:

Закончив, певец выехал из-за валунов на своем жеребце, черная кожа которого блестела в лунном свете. Гоблины оцепенело взирали на всадника.

— Полуночник, — зашептались гоблины, и каждый из них понял, что они обречены.

Коннор Билдеборох с неослабевающим интересом следил за разворачивающимся действом. Он находился неподалеку, на вершине холма. Его буквально заворожил женский голос, такой знакомый. Голос, который он когда-то слушал в течение многих удивительных месяцев.

— Я мог бы позволить вам сдаться, — объявил гоблинам Элбрайн. — Только боюсь, мне некуда вас отправить, да и повадки смердящих гоблинов мне не по нраву.

Предводитель гоблинов, сжимая оружие, храбро выступил вперед.

— Ты — главарь этой шайки? — спросил Элбрайн.

Ответа не было.

— Вот тебе за неповиновение! — вскричал Полуночник, указывая пальцем на шлем гоблина. — Умри! — повелел он.

Оскорбленные гоблины повскакали на ноги, и тут их взору открылось удивительное зрелище. Голова вожака резко дернулась в сторону, и этот крепкий, сильный гоблин упал замертво!

— А кто у вас теперь за главаря? — угрожающим тоном спросил Элбрайн.

Гоблинов охватила паника. Они толкались и налетали друг на друга. Большинство попытались ретироваться тем же путем, каким явились сюда. Однако отряд Элбрайна не терял времени даром. Пока звучали куплеты песенки, лучники сумели зайти к гоблинам в тыл. Едва устремившись к деревьям, твари попали под град разящих стрел. Они попытались отступить в другом направлении, но из-за сосен ударила молния, ослепив многих из них, а нескольких уложив замертво.

Полуночник и его воины устремились в атаку на ошеломленных и утративших всякий боевой порядок врагов.