Читаем Дуйбол-привет! полностью

Ханси услышал шум спускаемой воды в туалете. Ханси промахнул последние ступеньки и бросился к входной двери. Дверь перед ним распахнулась, и стало нестерпимо светло. Как минимум, десять вспышек полыхнуло одновременно, и, как минимум, десять фотографов щелкнули Ханси в упор. Ханси развернулся, надеясь удрать через черный ход, но рядом с черным ходом была дверь в подвал, и из нее как раз выходила госпожа Харчмайер с коробом, полным спецсосисок. Ханси решил было снова рвануть наверх, а там выпрыгнуть из коридорного оконца. Для него это пара пустяков. Прямо под окнами коридора — сарай. Ханси уже неоднократно прыгал из этого оконца на крышу сарая, а с нее — на землю. Ханси повернулся к лестнице. И на верхней ступеньке увидел госпожу учительшу. Она всплеснула руками:

— Эй, Ханси, где это тебя носит? Что это ты надумал?

И тут Ханси сдался! Он застыл на месте, он дал сфотографировать себя со всех сторон. Госпожа учительша сошла вниз и пристроилась рядом с Ханси, чтобы попасть в кадр. Ханси даже улыбался, как положено, когда тебя снимают. Улыбался сквозь слезы. Он думал о том, что Тита уже давно поджидает его за деревней, у дорожного указателя. В голове у него вертелось: «Тита, я тут, честно, не виноват! Поверь, Тита!»

На Главной площади пожарники выдували последние такты последней фразы дуйбольного марша.

— Пора, Ханси, вперед! — сказала госпожа учительша. Она вывела Ханси из-под слепящих вспышек и через запасный ход затолкала в Комнату для Особых Торжеств.

В КОТе собрались все участники верхнедуйбержского чемпионата мира. Господин пастор, Лисмайер, Фанни, Марианна, Хансина сестра, и госпожа Харчмайер. Госпожа Харчмайер охала и ахала, что она совершенно не в форме. Сосиски, которые она сотнями перетаскивала наверх и готовила, вымотали ей все жилы. Марианна ныла, что она тоже ни рук, ни ног не чует и что только по закону подлости ей могла достаться в напарницы по забегу Фанни Тюльмайер. Лично она, Марианна, каждый день с утра до вечера вкалывала на кухне и в зале.

Ханси было жаль сестру. Он с радостью открыл бы ей свой фокус с дыркой в шаре. Но сейчас дело уже зашло слишком далеко.

В КОТ вошел господин учитель и раздал всем форму участника чемпионата мира. Зеленые костюмы, к ним красные наколенники, красные кроссовки с шипами, красные трехпалые рукавицы и спортивные в красно-зеленую полоску кепочка с козырьком. Госпоже Харчмайер новые штаны оказались чересчур узки, а Марианне ее штаны оказались чересчур велики.

— Сильнейшее сопротивление воздуха, никакой обтекаемости! — громко сетовала она.

Господин учитель и госпожа учительша помогли госпоже Харчмайер напялить на себя штаны, уняли Марианну с ее сопротивлением воздуха, а также утешили Губерта, разнывшегося из-за новой кепочки с козырьком, у которой обтекаемость якобы хуже, чем у старой. А господин пастор призывал всех членов команды собраться как следует и держаться по-товарищески и как одно целое.

— Помните, — сказал он, — не важно, как воздастся за успех каждому в отдельности, важно, чтобы мы боролись храбро, честно и упрочили добрую славу нашего родного уголка, явив пример всему необъятному миру!

Затем господин учитель раздал дула; утром они прошли контроль в оргкомитете чемпионата, который удостоверил их безупречное состояние. Затем господин учитель раздал пены. Их тоже проверили и признали безупречными! На самом-то деле до проверки пен не дошло, ни у кого на это времени не оказалось. На самом-то деле члены комитета лишь бросили беглый взгляд на пены, кучей громоздившиеся друг на друге, и сказали:

— В полном порядке!

Ханси взял свою пену и незаметно ощупал ее. Он облегченно вздохнул, когда обнаружил конусообразное углубление. С Главной площади донесся резкий свист.

— Пора, — сказал господин учитель.

— В затылочек друг другу встали! — скомандовала госпожа учительша.

Колонну повел господин пастор. За ним шла госпожа Харчмайер, далее Марианна, далее Губерт, далее Фанни, Ханси тащился в хвосте. Замыкали колонну господин учитель и его жена (оба надели черные спортивные костюмы, чтобы сразу было видно, что они тренеры).

Мерным шагом, исполненные достоинства, они прошествовали от КОТа через Главную площадь до памятника. Одновременно из тюльмайеровского дома вышли Погонщики Пен в спортивных костюмах желтушного цвета. Все в очках! И у каждого массивные начелюстники.

— А у нас почему таких нет? — шепнула Фанни идущему впереди Губерту.

— Зато у нас наколенники, а у них нету! — прошелестел Губерт.

— Такие намордники не от большого ума! — шепнула Ханси госпожа учительша. — Неудобно, да и лица совсем не видно!

— И слава богу! — буркнул Ханси. Но так тихо, что госпожа учительша ничего не разобрала.

Погонщики Пен шествовали по Главной площади. Они старались шагать в ногу, но это им никак не удавалось.

— Ну и сброд, никакой дисциплины! — не без удовлетворения заметил господин учитель.

Погонщики Пен выстроились в колонну рядом с верхнедуйбержцами.