Читаем Дубликат полностью

Стечение обстоятельств или очередное испытание? Он здорово рисковал, предъявляя таможенникам поддельные документы, находясь на судне в каюте с оружием. Что-то подсказывало Гарману — кража была спонтанной и непрофессиональной. У Юсуфа и без него хватало проблем с грузом и судном. Капитан добросовестно выполнил обязательства по доставке пассажира в нужное место, и ронять репутацию из-за таких мелочей ему было ни к чему. Если о маске никто не знал, то её могли украсть мимоходом, полагая, что вещь дорогостоящая. Сделать это могли только матросы или, вероятнее всего, подозрительно неприветливый боцман.

Где теперь искать шхуну Юсуфа, юноша даже не представлял. Что он скажет капитану, какой получит ответ на вопрос? «С маской придется, видимо, распрощаться. Без посылки к шейху лучше не соваться, — невесело размышлял ключник. — Нужно думать, как с проверенными документами попасть на Аравийский полуостров». Деньги остались целы благодаря поясу, подаренному старой заратуштрийкой в Кермане, но на что их могло хватить, парень представлял с трудом.

Перед дальней дорогой юноша планировал пройтись по Манаме, заглянуть на рынок, купить в дорогу всё необходимое и заодно расспросить местных о маршруте. Гарман был расстроен пропажей и крайне недоволен собой, но доставку грааля в пещеру никто не отменял. Бесценную чашу важно было уберечь и вернуть на законное место. Невезучий курьер решил как следует выспаться и на свежую голову обдумать план действий.

Всю ночь ключника мучил кошмар, в котором он прыгал с борта шхуны. Наплечная сумка цеплялась за поручни, из нее в воду падали ключ, чаша и маска. С капитанского мостика на него кричал бедуин, потрясая кулаками и требуя, чтобы парень нырял за утонувшим имуществом. Гаруша бросался в морскую пучину множество раз, выныривая с пустыми руками. Во время очередного погружения ему удалось найти на дне только ключ и чашу. В отчаянии прыгнув за маской в последний раз, юноша наглотался воды и начал идти ко дну.

Проснувшись от ужаса в холодном поту, Гарман увидел, что наступило утро. Сон казался довольно загадочным, ведь заратуштриец не умел плавать, а в море окунулся впервые в Бендер-Аббасе. В ночном кошмаре поначалу он держался на воде вполне сносно, умело набирая в лёгкие побольше воздуха, чтобы нырнуть как можно глубже.

Спустившись из своей комнатушки вниз, он спросил у бессменного бармена, где находится центральный базар. Тот, всё так же сохраняя молчание, вывел постояльца на улицу и показал направление рукой. Мимо рынка пройти было невозможно — центральная часть города представляла собой сплошной базар, одновременно издающий тысячи звуков и распространяющий мириады ароматов. По мере продвижения к центру, на узких кривых улочках всё чаще попадались лотки с овощами и сладостями, лавки с разнообразными сувенирами и небольшие магазинчики.

Несмотря на ранний час, по улицам уже сновали толпы людей. Было на удивление много женщин с открытыми лицами и в платках без паранджи, мужчин в нарядных белоснежных одеждах, кричаще одетых европейцев и индусов. Среди многочисленных афганцев и темнокожих нубийцев часто встречались низкорослые люди с раскосыми глазами в широкополых соломенных шляпах. На безбрежном рынке Манамы женщины наравне с мужчинами стояли за прилавками и торговались ничуть не хуже.

По тесным проходам между рядами лотков периодически проносились стайки худых и шустрых мальчишек, занятых каким-то своим делом. Дети крутились рядом с разодетыми белолицыми европейцами и роскошно одетыми арабами, умело выпрашивая деньги у тех и других. К Гарману предприимчивые юные попрошайки не обращались, видимо, он не производил впечатления состоятельного господина.

Углубляясь все дальше в ветвящийся проходами и нескончаемыми улочками базар, путешественник купил немного муки, кофе, инжира и кардамона. Через пару часов юноша почувствовал, что почти оглох от непривычного шума и музыкальной какофонии. Казалось, каждый торговец считал своим долгом иметь в лавке собственное музыкальное сопровождение, привлекая внимание покупателей. То тут, то там слышались споры, громкие возгласы и перебранки чуть ли не на всех языках мира. Продавцы и покупатели горячо торговались, эмоционально и красноречиво спорили друг с другом, получая от процесса истинное удовольствие.

Гарман все дальше проникал в затейливые лабиринты восточного базара, где под свисающими гирляндами товаров теснились лотки со специями и кофе, орехами и сладостями. Каждый свободный клочок пространства по всему рынку заполняли плотно примыкавшие друг к другу импровизированные прилавки и столики с сувенирами.