Читаем Друри Лейн (омнибус) полностью

— Здравствуйте, мистер Максуэлл, — весело сказала Пейшнс. — Нет, я приехала одна. Садитесь. — Он присел на шаткий стул с облупившейся краской, с беспокойством глядя на нее. — Полагаю, вы слышали о взрыве.

— Да, мисс! Ужасная история. Я говорил моему брату и невестке, как мне повезло. Если бы вы не приехали в тот день и не заставили меня убраться из дома, то меня бы разорвало в клочки. — Он нервно дернулся. — Уже выяснили… кто это сделал?

— Пока нет. — Пейшнс строго посмотрела на него. — Максуэлл, я много думала об этом деле и, в частности, о вашей истории. Меня не покидает ощущение, что вы рассказали не все.

— Клянусь, я говорил правду…

— Я не имею в виду, что вы лгали намеренно… Следите за этой пчелой!.. Просто вы не упомянули кое-что, а это может оказаться важным.

Старик провел по голове дрожащими пальцами.

— Я… я не понимаю…

— Слушайте. — Пейшнс выпрямилась на качалке. — Все, кроме меня, очевидно, упустили один момент. Стены гаража, в котором человек в маске оставил вас связанным, были весьма тонкими. Гараж находился всего в нескольких футах от парадной двери дома. Была ночь, когда в сельской местности должен быть слышен каждый звук. — Она склонилась вперед и понизила голос. — Разве вы не слышали звяканье колокольчика над дверью?

— Господи! — ахнул он. — Конечно слышал!

* * *

Ворвавшись в кабинет отца, Пейшнс обнаружила там мистера Друри Лейна, расположившегося в самом удобном кресле, и инспектора в крайне нервном состоянии. У окна стоял Гордон Роу, мрачно уставясь на Таймс-сквер.

— Что это — конференция? — осведомилась Пейшнс, стягивая перчатки. Ее глаза возбужденно блестели.

— Пэт! — Молодой Роу быстро повернулся. — Инспектор встревожил меня. С вами все в порядке?

— В полном порядке, благодарю вас, — холодно отозвалась Пейшнс.

— А вот мне чертовски не везет, — удрученно произнес молодой человек. — Моя работа обернулась полным провалом.

— Как интересно.

Он сел напротив нее, приняв классическую позу «Мыслителя»[269].

— Я шел по неверному следу. Моему грандиозному исследованию Шекспира капут. Господи, сколько лет потрачено зря!..

Лицо Пейшнс смягчилось.

— Мне очень жаль, Гордон. Я не понимала… Бедняжка.

— Кончайте эту болтовню, — проворчал инспектор. — Где ты была? Мы уже собирались уезжать без тебя.

— Куда?

— Повидать Седлара. У мистера Лейна возникла идея. Может, расскажете ей, Лейн?

Старый джентльмен внимательно посмотрел на Пейшнс:

— Это подождет. В чем дело, Пейшнс? Вы демонстрируете все симптомы сдерживаемого ликования.

— Разве? — Пейшнс нервно хихикнула. — Я всегда была паршивой актрисой. Дело в том, что я только что выяснила одну удивительную вещь. — Она достала сигарету. — Я разговаривала с Максуэллом.

— С Максуэллом? — Тамм нахмурился. — Зачем?

— В последний раз его расспросили недостаточно тщательно. Он знает, сколько посетителей приходило в дом Алеса в ночь убийства!

— Вот как? — Лейн сделал паузу. — Интересно, если это правда. Каким образом?

— Максуэлл находился в гараже в полном сознании в течение всего периода, когда дом обыскивал человек в маске и произошло убийство. Я помнила, что входная дверь была снабжена старомодным колокольчиком, который звенел каждый раз, когда дверь открывалась. Мне пришло в голову, что Максуэлл должен был слышать каждое звяканье. Я спросила его, и он вспомнил. Это казалось неважным…

— Дьявольски умно, дитя мое, — пробормотал Лейн.

— Я была глупа, что не подумала об этом раньше. После того как человек в маске оставил Максуэлла в гараже и забрал его ключ, чтобы вернуться в дом, Максуэлл четко услышал два звяканья колокольчика с коротким интервалом — всего несколько секунд.

— Два? — переспросил Тамм. — Должно быть, когда человек в маске открыл дверь и когда закрыл ее, войдя внутрь.

— Верно. Значит, какое-то время он находился в доме один. А потом, как показалось Максуэллу, более чем через полчаса, колокольчик снова звякнул дважды. Через короткое время это повторилось опять. Больше Максуэлл ничего не слышал.

— Думаю, это весьма существенно, — странным тоном промолвил Лейн.

— Еще бы! — воскликнул Роу. — Первые два звяканья означали, как вы сказали, что человек в маске вернулся в дом. Вторые два — что в дом вошел кто-то еще. А третьи — что один из них ушел. Больше колокольчик не звенел — значит, во время убийства в доме находились только двое: человек в маске и посетитель!

— Вот именно. Гордон, — подтвердила Пейшнс. — То, что человек в маске был рубильщиком, мы знаем благодаря часам, а то, что рубильщик был убийцей, — на основании вмятины на наручных часах трупа и раны на его запястье. Значит, посетитель был жертвой, которую оставили умирать в подвале!

— То, что число участников сцены сведено к двум, — сухо заметил Лейн, — несомненно, проясняет ситуацию, не так ли, инспектор?

— Погодите, — буркнул Тамм. — Не так быстро, миледи. Откуда ты знаешь, что вторая пара звяканий была вызвана приходом второго посетителя, а не уходом человека в маске, оставившего дом пустым? И что третья пара не вызвана приходом второго визитера?