Служитель быстро вышел, а токсиколог снова усмехнулся.

— Подождите, — сказал он. — Думаю, я кое-что вспомнил.

Медэксперт выглядел обиженным.

— Знаете, доктор Шиллинг, — сказал Лейн, опускаясь на стул, словно результат вдохновения доктора Инголлса его нисколько не интересовал, — я проклинал себя за то, что не понюхал каждую бутылку в лаборатории Йорка Хэттера.

— Ах да, лаборатория. Вы могли обнаружить это там.

— По крайней мере, такой шанс был. Но когда я подумал об этом, момент был упущен — пожар уничтожил лабораторию, и большинство бутылок разбилось. — Актер вздохнул. — Но опись Хэттера цела и невредима, поэтому я бы попросил вас, доктор Инголлс, отправиться туда со мной и проверить все фигурирующие в ней вещества. В такой работе от меня, естественно, нет никакой пользы.

— Не думаю, что эта процедура окажется необходимой, мистер Лейн, — ответил токсиколог.

— Искренне надеюсь, что нет.

Служитель вернулся с маленькой белой баночкой. Лейн быстро поднялся, когда доктор Инголлс отвинтил алюминиевую крышку, понюхал содержимое и протянул баночку актеру. Она была наполнена безобидным на вид веществом цвета меда. Лейн поднес ее к носу.

— Думаю, — спокойно сказал он, — вы оказали нам величайшую услугу, доктор Инголлс. Безусловно, это запах ванили. Что здесь за вещество?

Токсиколог зажег сигарету.

— Оно называется «Перуанский бальзам», мистер Лейн, и самое удивительное то, что вы можете найти его в любой аптеке и тысячах домов.

— «Перуанский бальзам»?

— Да. Широко используемая вязкая жидкость, применяемая в основном в лосьонах и мазях. Между прочим, абсолютно безвредная.

— В лосьонах и мазях? С какой целью?

Доктор Шиллинг хлопнул себя по лбу.

— Himmel![115] — с отвращением воскликнул он. — Что я за болван! Я должен был вспомнить, хотя прошли годы с тех пор, когда я с этим сталкивался. «Перуанский бальзам» используют как основу для лосьонов и мазей, применяемых при некоторых кожных заболеваниях. Весьма распространенное средство.

Лейн нахмурился:

— Кожные заболевания… Странно. Его используют в чистом виде?

— Ja, иногда. Но главным образом с другими ингредиентами.

— Каким образом это вам поможет? — с любопытством спросил доктор Инголлс.

— Признаюсь, что в данный момент… — Друри Лейн сел и пару минут молча размышлял. Когда он поднял взгляд, в нем светилось сомнение. — Доктор Шиллинг, было ли что-нибудь не так с кожей миссис Хэттер? Вы делали вскрытие и должны были это заметить.

— Вы лаете не на то дерево, — тут же отозвался медэксперт. — Кожа миссис Хэттер была в полном порядке, как и ее внутренние органы, за исключением сердца.

— Значит, вы не обнаружили никаких признаков внутренних заболеваний? — медленно осведомился Лейн, как будто ответ Шиллинга пробудил в нем забытую струну.

Доктор Шиллинг выглядел озадаченным.

— Вскрытие не обнаружило никаких патологических состояний. Что конкретно вы имеете в виду?

Лейн внимательно смотрел на него. Медэксперт задумчиво прищурился:

— Понятно. Нет, мистер Лейн, поверхностное обследование ничего не показало. Но я и не искал ничего подобного. Интересно…

Мистер Друри Лейн пожал руки обоим врачам и вышел из прозекторской. Доктор Шиллинг посмотрел ему вслед, потом пожал плечами и сказал токсикологу:

— Странный тип, верно, Инголлс?

Сцена 6

Кабинет доктора Мерриэма

Четверг, 9 июня, 11.45

Через двадцать минут автомобиль подъехал к старому трехэтажному дому на Одиннадцатой улице между Пятой и Шестой авеню в тихом аристократическом районе в нескольких кварталах от Таймс-сквер. Мистер Друри Лейн вышел из машины и посмотрел на аккуратную черно-белую табличку в окне первого этажа:

Й. МЕРРИЭМ

доктор медицины

Приемные часы

с 11.00 до 12.00

и с 18.00 до 19.00

Поднявшись на крыльцо, он позвонил в дверь, которую открыла горничная-негритянка в униформе.

— Я бы хотел видеть доктора Мерриэма.

— Сюда, сэр. — Горничная проводила его в приемную, где ожидала дюжина пациентов. Лейн занял стул у окна, терпеливо ожидая своей очереди.

Спустя час к нему подошла медсестра:

— Вам не назначен прием, не так ли?

Лейн достал футляр с карточками.

— Нет. Но думаю, доктор Мерриэм меня примет.

Он протянул сестре одну из своих личных карточек, и ее глаза расширились. Она быстро скрылась за раздвижными дверями и вскоре вернулась вместе со старым доктором Мерриэмом, облаченным в сверкающий белизной халат.

— Почему вы не сообщили о вашем приходе раньше, мистер Лейн? — воскликнул врач. — Сестра сказала, что вы сидите здесь уже час. Входите.

Лейн последовал за доктором Мерриэмом в просторный старомодный кабинет, за которым находилась смотровая.

— Садитесь, мистер Лейн. Что привело вас сюда? Вы неважно себя чувствуете?

— Это не личный визит, доктор, — усмехнулся актер. — Мое здоровье, как всегда, в полном порядке. Единственный признак старческого слабоумия — привычка хвастаться моими успехами в плавании.

— Можете идти, мисс Фултон, — сказал доктор Мерриэм.

Сестра вышла, закрыв за собой раздвижные двери.