Определенно им. Теперь она могла понять, о чем говорил Болдин. Сначала он показал ей смятение, затем горечь, оставшуюся от страха и боли, а теперь старается дать понять, что после любой встряски идет облегчение. Женщина почувствовала, как по её щекам стекают слезы. Он сделал это ради неё… Мария не помнит себя. Она плачет, закрыв лицо руками и спрятав глаза.

Михаил выдохнул, снимая ладони с клавиш, пока что не смотря на жену. Он вздохнул. Зря он это затеял, сейчас придется оправдываться…

— Ладно. Извини… Это была действительно плохая идея. Прости…

Мужчина виновато посмотрел на Марию, но тут же встрепенулся, подскакивая со стула.

— Маша! Ты что?! Стой-стой, не надо, ох, Боже мой, я совсем не хотел…

Быстро оказавшись рядом с женщиной на диване, мужчина заключил её всю в объятия, и с радостью почувствовал как жена поддалась его рукам.

Выдохнув, Болдин решил дать ей время. По прошествие нескольких минут, когда Мария успокоилась, мужчина осторожно отстранил от себя её заплаканное лицо, посмотрел внимательно:

— Тебе лучше, Маша?.. — заботливо шепотом спросил Миша.

Женщина, тихо шмыгнув носом, слабо улыбнулась:

— Ты так прекрасно играешь, Мишка…

Она все-таки подняла на него мокрые глаза.

— Спасибо…

— Брось… Я только рад, что тебе стало легче… — мужчина сразу осекся, — Стало ведь?

Мария мягко улыбнулась.

— Стало… Спасибо… — вдруг хитрый огонек загорелся в глазах женщины. Она прищурилась, — А знаешь, от чего мне может стать еще легче?..

Болдин улыбнулся так же лукаво, как она, соглашаясь сыграть в эту игру:

— От чего же?..

Мария хотела ответить, но её прервал звонок в дверь. Михаил открыл.

— Привет, Миша, — пробурчал стоявший за порогом Алексей Сехинов, пока что не входя, — Я могу пожить у тебя немного?

_____________________________________________________________________________

— Как интересно это вы завернули! — усмехнулся Голиаф.

— Теперь я не слишком эмоционален? — улыбнулся Алексей.

— Вовсе нет. Но у меня есть вопросы по услышанному.

— Прошу вас.

— Знаю, наверное, вы хотели сказать мне потом, это все-таки ваш козырь в рукаве, но все же ответьте мне, что случилось с Марией? Если я все правильно понял, она переживает какую-то неприятность.

Мужчина глубоко кивнул.

— Все верно, мой юный друг. И мне очень нравится, что вы говорите о ней в настоящем времени, — Алексей рассмеялся, — Да, вы верно подметили. В то время Мария переживала тяжелую болезнь кого-то из близких людей.

— Кого же?

— Она не говорила мне, Голиаф. Она со мной мало разговаривала.

Голиаф вздохнул, почти закатывая глаза.

— Слушайте, я уже давно понял, что все сказанное вами — сказка. Перестаньте притворяться.

— Послушайте, — намного строже сказал Скалровский, чем привлек внимание студента, — Если вам не нравятся мои ответы, не задавайте своих вопросов. К тому же, если это все сказка, почему вы до сих пор не ушли от меня? Вы, как я понимаю, человек практичный, не стали бы все это терпеть.

— Мне интересно, что вы придумали дальше, Алексей. Вот и все.

Скалровский вздохнул.

— Раз вам интересно, имейте ко мне уважение.

— Как пожелаете. Позволите еще один вопрос?

— Допустим.

— На кой черт Сехинов приехал к ним? Вы явно не хотели портить эту идиллию.

Алексей усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Бежите вперед паровоза, мой друг.

— Не друг.

— Хорошо, товарищ.

— Знакомый.

Старик смерил юношу скептическим взглядом.

— Хорошо. Я хотел рассказать вам дальше, но, пожалуй, дам все ответы сейчас. Алексей попал под сокращение на работе, пускай и был одним из лучших работников. Ему не повезло. Квартиру снимать дорого, а денег у него и так нет. Все понятно?

— Логика Сехинова до конца мне не ясна. Но допустим. Я понял.

— Я рад. Впредь прошу меня не перебивать, история должна быть цельной.

— Обещаю смиренно слушать.

IV

«Итак, с этого момента Алексей Степаныч решил устроиться у своего друга. Михаил, обговорив этот вопрос с женой, решил устроить юношу в гостиной на диване, но женщина, не будем скрывать, не была довольна происходящим. Он сразу поставила мужу безоговорочное условие: если Алексей будет слишком долго искать себе новую квартиру или работу, они не будут позволять ему долго оставаться у себя дома, на что мужчина, конечно, активно согласился.

Тем временем Сехинов совершенно спокойно бродил по квартире, изучая её. Он не хотел быть слишком наглым, но страсть хотел посмотреть на то, как живет всегда радостный и приветливый коллега. Из прихожей он направился на кухню, завернув налево и миновав туалеты. В целом убранство стола, плиты и духовки его не удивило, было как у всех остальных, но интересно было то, что всего было по два: две пары прихваток, по две сковородки с одинаковой едой и кратное количество тарелок с чашками, причем первая половина была в шкафу с левой стороны, а вторая — с правой.

Заинтересованный Алексей даже заглянул в нижний выдвижной шкафчик с кухоннными приборами, но там все было вперемешку.

«Значит, приборами они не брезгуют…» — удивился в мыслях юноша, но пожал плечами, закрывая ящик. Пройдя обратно по коридору, он заинтересовался прикрытой дверью напротив, справа от прихожей.