Гл. 13, 4. [213 год] Антонин322, отправившись походом в страну аламаннов, распоряжался, если только увидит где‐нибудь удобное для поселения место: «Да будет здесь воздвигнуто сторожевое укрепление, да будет здесь основан город». При этом он от себя давал местности какое‐нибудь прозвание, а местные жители его не меняли: одни из них оставались в неведении, а другие думали, что он ребячится. С этих пор он стал их презирать и не только не пощадил их, но с теми, к кому он, по его словам, пришел помочь на войне, поступил, как со злейшими врагами. Он созвал их взрослых мужчин будто бы с целью раздать им жалованье, и всех их по команде (он сам подал знак щитом) окружили и перебили. Остальных он переловил, разослав по окрестностям всадников.

Гл. 13, 7. Некоторых из убитых им знатнейших лиц он велел выбросить без погребения.

Гл. 14. [213 год] Он воевал против каких‐то кеннов323, кельтского племени. Они, по рассказам, напали на римлян очень храбро и даже выдергивали из тела ртом стрелы, которыми их ранили осроэны, чтобы не отнимать у своих рук времени уходом за этими ранами. Впрочем, они сами продали ему славу победы над собой за большие деньги и позволили отступить в Германию. Женщины [кеннов, хаттов и аламаннов], взятые римлянами в плен, на вопрос Антонина, хотят ли они быть проданными или убитыми, выбрали последнее. Когда их после этого продали, они все убили себя, а некоторые и своих детей.

Многие из живущих у самого Океана, при впадении Альбиса, послали к нему послов, прося дружбы, чтобы получить деньги. Так как он уже делал так раньше, многие приступали к нему с этим, угрожая войной; и он согласился со всеми ними. Если им что и говорилось против их желания, то при виде золотых они покорялись, так как он дарил им настоящие золотые. Напротив, римлянам он давал поддельные деньги, и серебряные, и золотые: он приготовлял первые из посеребренного свинца, вторые из золоченой меди.

Гл. 15, 2. [213 год] Антонина исступленным и помешанным еще раньше сделали заклятья врагов. Слыша об этом, некоторые из аламаннов говорили, что они пользовались каким‐то колдовством, чтобы смутить его разум…

Гл. 20, 2. [215 год] Антонин… рассказывал, что он одолел обманом отвагу, ненасытность и вероломство кельтов, чего нельзя было взять силою.

Гл. 20, 3. [215 год] Он же очень кичился тем, что поссорил находившихся в дружбе вандалов и маркоманов… Он казнил по обвинению короля квадов Гайобомара. Когда один из спутников [этого царя] и обвиняемых совместно с ним успел раньше повеситься, он приказал варварам изуродовать его труп, чтобы думали, что он заколот по приговору, а не погиб по собственной воле, что считалось у них славным делом.

Аммиан Марцеллин