Феодосия, по-видимому убежденная мужем, больше не возражала и, взяв за руки детей, быстро пошла в дом. Александр же отнюдь не торопился обратно на кухню. Отошел за дерево, прижался к стволу ждал, высматривая кривоногую фигуру Миршака.

— Ты что здесь прячешься?

Черт! Заметили!

Повар резко обернулся:

— Кассия! Куда-то спешишь?

— Еду с госпожой в город, — Девчонка горделиво вскинула голову — Правда, хозяйка собиралась уехать в пятницу, но раз уж тут объявились безбожные разбойники готы…

— Безбожные? Эти готы, что же, язычники?

— О, куда хуже! Они еретики-ариане. Такие же, как и твой дружок. Знаешь, за что его сегодня побили?

Александр скрипнул зубами:

— Интересно, за что же?

— Он добавлял в кирпичи слишком мало глины, делал их почти из одного песка, вот они и разваливались. Если б не десятник Миршак.

Ах, эта сволочь уже десятник? Ладно…

— Кассия! Кассия! — На крыльцо вышла хозяйка. — Да где ж черти носят эту девчонку? Кассия!

— Я здесь, госпожа, здесь! Уже иду. Прощай, милый Рус… — Оглянувшись, девушка быстро поцеловала Сашу в губы, — Надеюсь, я скоро вернусь.

Молодой человек улыбнулся:

— Я тоже надеюсь!

Значит, Миршак! Ингульф честный работник и вряд ли стал бы саботировать строительство. Значит, его подставил Миршак. Зачем? Только ли из злобы? Впрочем, это тоже возможно. Вот его и спросим, с пристрастием…

Александр покрепче сжал в руке шкворень.

— Эй, эй, месье! — С кухни уже махал руками антиквар, — Вас ищет хозяин. Велит срочно зайти, хочет распорядиться насчет завтрашних блюд.

— Насчет завтрашних блюд? — Саша положил шкворень обратно. — Ладно, сейчас зайду…

Заодно, может быть, удастся как-то обелить Ингульфа, облегчить его участь?

Явившись на зов господина, Александр с достоинством поклонился — усвоил уже местный этикет. Сидевший в низеньком кресле Нумиций, бросив на вошедшего быстрый, с нехорошим прищуром взгляд, щелкнул пальцами — таким жестом имеющие самые смутные представления об элементарной вежливости нувориши обычно подзывают официантов… Они и явились. Не официанты, конечно, а пятеро крепких молодых парней с ножами — охранники. Саша даже сообразить ничего не успел, как был тут же брошен на пол и связан тугой ременной петлей.

— В эргастул его! — повернув голову сухо распорядился хозяин.

Один из воинов, по всей видимости старший, несмело скосил глаза:

— Но, мой господин, там же уже есть один…

— Ничего, — усмехнулся Нумиций, — Пусть посидят вместе. Недолго, всего одну ночь.

Глава 9

Сентябрь 438 года

Провинция Африка

В море!

— Ингульф? — выкрикнул Александр, едва охранники захлопнули за ним дверь.

Сразу стало темно, душно, мерзко.

— Ингульф! — уже чуть тише повторил молодой человек — Ты здесь, дружище?

Лишь слабый вздох был ему ответом.

Ага, значит, здесь, в карцере — попросту говоря, в земляной яме, накрытой сверху деревянной крышкой с поднимавшимся, словно в подвале, люком, — все же был кто-то еще. Не Ингульф? Но ведь если вспомнить слова Нумиция…

— Это ты, Александр? — наконец послышался шепот, — Я ждал тебя. Прости…

— За что тебя простить? — Саша постепенно привыкал к темноте, разглядев напротив себя лежащее на голой земле тело юноши.

— Миршак вызнал, что мы были тогда с тобой, — приподнявшись, негромко пояснил подросток — Ну, когда по двору ходили какие-то люди. Я ему не говорил, но, может быть, был не очень-то осторожен. Это из-за меня тебя сюда бросили!

— О, друг мой, — вытянув ноги, расхохотался Саша, — Ты и впрямь полагаешь, что я здесь из-за этого?

— А из-за чего же еще? — Ингульф сел, обхватив колени руками. — Мы просто видели то, чего не надо было видеть…

— И слышали то, чего не надо было слышать, — тихо продолжил молодой человек — Наверное, ты прав, дружище. Если б все дело было в Феодосии, было бы достаточно одного меня. Думаю, наш хозяин связан с пиратами.

— Он разоряет своих соседей, — согласно кивнул юноша, — Наводит разбойников, те захватывают рабов, продают, потом делятся. Не зря мы так долго строим стену!

— Ты тоже заметил? — Александр улыбнулся, — А я думал, это мне одному показалось. Что ж.

— Думаю, хозяин не оставит нас в живых, — шмыгнул носом Ингульф, — Казнит, и очень быстро.

— Я тоже так полагаю, — Молодой человек кивнул и задумчиво посмотрел на своего собеседника, точнее, на его силуэт, вырисовывающийся в полутьме душного подземелья, — Ты как себя чувствуешь?

— Скоро мы оба будем чувствовать себя никак!

— Оптимист! — Саша снова расхохотался, — Я к чему спрашиваю: может, нам пора отсюда бежать? Помнишь, мы об этом уже говорили?

— Помню, — прошептал подросток — Только… только это нужно было раньше делать. А сейчас…

— Сейчас как раз самое время, тебе не кажется?

— Кажется. — Ингульф усмехнулся, — Только — как? У нас мало времени.

— Вот и я о том. Надо немедленно что-то придумать.

— Для начала хорошо бы выбраться из этой чертовой ямы!