Читаем Драконы моря полностью

— Если я сделаюсь христианином, — сказал Орм, — на моем корабле не смогут находиться язычники. Ибо что подумает обо мне Господь, если я позволю себе это? Они должны поступать так, как поступаю я, и когда я говорю им, что то-то и то-то должно быть сделано, они не противоречат мне. У меня на борту есть люди, которые уже крестились один раз, а может быть, и два, но лишний раз им уж точно не повредит.

Он просил, чтобы епископы и его люди оказали ему честь и взошли на борт его корабля на следующее утро, тогда бы он перевез их вверх по реке в Лондон и Вестминстер, где они смогут креститься.

— У меня большой и хороший корабль, — сказал он. — Будет немного тесновато со столькими гостями на борту, но путешествие обещает быть недолгим, а погода стоит ясная и тихая.

Он очень настаивал на этом, но епископ сказал, что он не может принять решения по столь важному делу без того, чтобы не переговорить с другим епископом и с остальными, и Орму пришлось терпеливо ждать до следующего дня. Он покинул епископа, учтиво поблагодарив его, и отправился с братом Вилибальдом домой. Последний почти ничего не говорил в присутствии епископа, но как только они вышли из дома, он принялся радостно кудахтать.

— Чему ты так веселишься? — спросил Орм.

— Я лишь подумал, — ответил священник, — сколько хлопот ты себе доставляешь ради дочери короля Харальда. Но я считаю, что ты справился со всем очень хорошо.

— Если все будет так, как должно быть, — сказал Орм, — ты не останешься невознагражденным. Ибо, кажется, удача возвращается ко мне с тех пор, как я тебя встретил.

Епископ, оставшись один, сидел некоторое время, улыбаясь чему-то, и затем приказал своим слугам разбудить Гудмунда. Наконец им это удалось, хотя он ворчал, что его побеспокоили.

— Я все время думал о том, о чем мы говорили, — сказал епископ, — и с Божьей помощью я смогу дать тебе сорок марок, если ты позволишь окрестить себя.

Услышав это, Гудмунд совсем проснулся, и после краткого спора они пожали друг другу руки, сойдясь на сорока пяти марках и одном фунте пряностей, которыми епископ приправлял свое вино.

На следующий день предводители собрались у Торкеля, дабы обсудить предложение Орма перевезти епископа на корабле в Вестминстер. Услышав об этом замысле, Гудмунд объявил, что ему хотелось бы принять участие в этом путешествии. Поскольку заключен мир между викингами и королем Этельредом, он бы хотел присутствовать при том, как король Этельред взвешивает серебро, дабы убедиться, что все было поделено справедливо и верно.

Торкель решил, что это обоснованно и, пожалуй, он сам присоединится к ним, если его рука пойдет на поправку. Но Йостейн заметил, что достаточно и одного из трех предводителей, иначе англичане могут попытаться напасть на них. Поэтому, пока серебро не к их руках, лучше держаться наготове.

Погода была настолько благоприятной, что епископы не смогли найти повода отклониться от поездки. Они лишь опасались, что на них могут напасть в пути, поэтому было решено, что Гудмунд тоже возьмет свой корабль и они поплывут до Вестминстера вместо. Там они будут наблюдать за разделом серебра, затем они должны будут встретиться с королем, поблагодарить его за дары и сообщить, что они собираются совершать набеги еще чаще, если он будет медлить с передачей серебра.

Орм собрал своих людей и сказал им, что они плывут в Вестминстер под белым щитом мира и со святыми посланниками короля Этельреда на борту.

Кое-кто сказал, что путешествие будет не из легких. Всегда было опасно иметь на борту попов, а уж тем более епископов.

Но Орм рассеял их страхи и заверил их, что все будет хорошо, ибо, пояснил он, эти люди — святые, и никакое зло не может с ними случиться, хотя водяные духи наверняка будут строить им козни.

— Когда мы дойдем до Вестминстера, — продолжал он, — я собираюсь креститься. Я говорил об этом со святыми людьми, и они убедили меня, что надо поклоняться Христу. Итак, я хочу сделать это как можно скорее. На корабле должны царить согласие, и каждый должен придерживаться одних и тех же обычаев. ПОсему я желаю, чтобы вы все крестились со мной. Это пойдет нам всем только на пользу. Можете быть в этом уверены, ибо это я говорю вам, человек, который не бросается словами на ветер. Если кто-то из вас не хочет этого делать, пусть он сперва скажет, по какой причине. Но он будет вынужден покинуть мой корабль со своими пожитками и никогда больше не будет моим споспешником.

Многие в замешательстве посмотрели друг на друга и в задумчивости почесали головы. Но Рапп Одноглазый, который был кормчим корабля, стоял перед людьми и тихо кивал, пока Орм говорил, ибо однажды уже слышал подобные речи от Орма. Когда остальные увидели, что Рапп согласен, они послушались его, ибо ему доверяли, и никто не высказал возражений.