Читаем Драконы моря полностью

Приготовляясь к путешествию, они прокоптили рыбу и козье мясо, прихватив с собой к тому же множество репы, которую выращивали монахи. Монахи дружелюбно помогали им во всем, не сетуя на то, что их гости значительно уменьшили число коз в их стаде. Гораздо больше их огорчало то, что священный колокол останется в руках язычников и что Орм и его люди не обратились в христианство. Когда пришла пора прощаться, они сделали последнюю попытку поведать правду о Христе, святом Финньяне, Дне Страшного Суда и обо всем том, что произойдет с ними, если они не примут истинную веру. Орм ответил, что у него сейчас мало времени заниматься подобными вещами, и добавил, что он был бы плохим предводителем, если бы отправился в путь, не отблагодарив их щедро за гостеприимство, которое они оказали ему и его людям. С этими словами, он запустил руку в свой кошель на поясе, достал оттуда три куска золота и отдал монахам.

Токи расхохотался, увидев это, но затем сказал, что он так же богат, как и Орм, и намеревается свататься в один из лучших домов в Листере и сделаться знатным человеком в том краю. И он тоже дал три куска золота монахам, которые были изумлены подобной щедростью. Остальные не последовали примеру предводителя, но, дабы не уронить своего достоинства, также подарили что-то старикам; все, кроме Ульва Волчий Оскал. Они насмехались над его скупостью, но он лишь криво ухмылялся и скреб бороду на щеке.

— Я не предводитель, — сказал он, — и, кроме того, я становлюсь стариком. Ни одна старуха, не говоря уж о девушках, не пойдет за меня замуж и не принесет мне хороший дом в приданое. Поэтому я лишь предусмотрителен, а не скуп.

Когда рабы поднялись на борт и были прикованы к своим скамьям, Орм отошел от острова святого Финньяна и направился на восток, вдоль побережья Ирландии. Дул сильный ветер, и они двигались быстро. Все страдали от осеннего ненастья, несмотря на то, что были закутаны в козьи шкуры, ибо Орм и его люди отвыкли от холода в южных странах, и теперь ветер пронизывал их до костей. Но вопреки всему у них было прекрасное расположение духа, поскольку они были уже недалеко от родины. При этом они все время были настороже, так как опасались нападения со стороны своих земляков. Ибо монахи рассказывали, что с тех пор как Ирландия усилиями короля Бриана перестала быть приманкой для викингов, их многочисленные корабли видели у побережья Англии. Поэтому, дабы избежать столкновения с ними, Орм приказал держаться подальше от земли, когда они проходили Ла-Манш. Им повезло, и они не встретили ни одного корабля. Итак, они вышли в открытое море и долго плыли, пока по увидели берег Ютландии. Их обдавали холодные брызги морских волн, и они хохотали от радости, видя вновь перед собой датскую землю и указывав друг другу различные береговые знаки, которые они заметили, еще когда отправлялись с Кроком иа юг.

Они обогнули Ско и взяли курс на юг. Земля находилась с подветренной стороны, и рабам пришлось опять грести по мере своих сил под удары колокола святого Иакова. Орм переговорил с людьми в рыбачьих лодках, которые пересекли им дорогу, и выяснил у них, долго ли еще им плыть до Еллинге, где король Харальд Синезубый и держал свой двор. Затем они почистили оружие и привели в порядок одежду, дабы предстать перед королем в подобающем их достоинству виде.

Рано утром они вошли в Еллинге и пришвартовали корабль к сваям у пристани. Отсюда они могли видеть королевский замок, обнесенный частоколом. На пристани находилось несколько хижин, из них выходили люди и с любопытством смотрели на Орма и его людей, ибо они выглядели как чужеземцы. Затем викинги перетащили колокол на берег, используя тот же помост и катки, что и в Астурии. К этому времени вокруг них собралась толпа изумленных зевак, которые пришли посмотреть на чудо и узнать, откуда прибыли чужеземцы. Орму и его людям было странно слышать, как вокруг все говорят на их родном языке. Они сняли цепи с рабов и обвязали их канатами, дабы те тащили колокол к королевскому замку.

Внезапно они услышали крики со стороны замка и увидели толстого человека в плаще с капюшоном, сбегающего к ним с холма. Он был без бороды, на груди у него висел серебряный крест, и лицо его выражало ужас. Он добежал, задыхаясь, до хижин и, широко раскинув руки, закричал:

— Пиявки! Пиявки! Есть ли здесь хоть одна милостивая душа, которая даст нам пиявок? Мне немедленно нужны свежие кровяные пиявки.

Они было решили, что он чужеземец, но он хорошо говорил по-датски, хотя и задыхался от бега.

— Пиявки в замке ослабли и не сосут кровь, — продолжал он, тяжело дыша, — а при зубной боли ему помогают только пиявки. Во имя Отца, Сына и Святого Духа, есть здесь кто-нибудь, у кого есть пиявки?

Ни у кого в хижинах пиявок не оказалось, и толстый священник застонал от отчаяния. К этому времени он спустился на пристань к тому месту, где стоял на якоре корабль Орма, и неожиданно заметил колокол и людей, стоящих вокруг него. Глаза его сверкнули, и он подскочил к ним, чтобы разглядеть его поближе.