— Я очень надеюсь, что мы еще когда-нибудь увидимся, — ответил Орм. — Но если вы отправитесь в Миклагард, боюсь, мои надежды не исполнятся. Ибо я остаюсь здесь, буду жить в мире и согласии, растить детей и заботиться о своих стадах. И никогда больше я но отправлюсь в поход по морю.

— Кто знает? — сказали маленькие длинноухие человечки. — Кто может поручиться? Они кивнули головами, получили благословения от отца Вилибальда и отправились вместе со Спъялли в путь.

Магистр Рэйнольд остался у Орма на некоторое время, решив, что так будет разумнее. Все согласились, что было бы безумием переходить границу в одиночку, ибо его схватят и убьют и он не успеет выполнить свое поручение. Решили дожидаться того времени, когда все приграничные жители соберутся на тинг[23] у Камня Краки. На этом тинге, добавил Орм, можно будет достигнуть какого-нибудь соглашения со смоландцами.

Глава девятая

О том как магистр разыскал телок и сидел на вишневом дереве

Итак, магистр Рэйнольд остался у них на все лето. Он помогал отцу Вилибальду удовлетворять духовные потребности домочадцев и тех новоявленных христиан, которые сдержали свое слово и посещали церковные службы. Магистр высоко ценился среди них за свое пение во время обедни, которое было столь прекрасно, что ничего подобного не слышали в этих краях. Сперва новоявленные христиане неохотно появлялись в церкви каждое воскресенье, но, когда распространилась весть о пении магистра, все больше и больше народа приходило туда, и можно было видеть, что, когда он пел, в глазах женщин стояли слезы. Отец Вилибальд был очень благодарен ему за эту помощь, ибо сам не обладал благозвучным голосом.

Но магистр оказался совершенно непригоден к какой-либо другой работе. Орм хотел занять его чем-нибудь на неделе, но не смог подыскать для него подходящих обязанностей. Он не знал никаких ремесел и не умел держать в руке ни один инструмент. Орм сказал:

— Это плохо, ибо вскоре ты будешь рабом в Смоланде, и если ты ничего не умеешь делать, кроме как петь, то тебе придется туго. Лучше всего для тебя научиться чему-нибудь полезному, пока ты находишься здесь, ибо это спасет тебя от многочисленных побоев.

Вздохнув, магистр согласился и взялся за самые простые обязанности, но не смог справиться ни с одной из них. Они заставили его косить траву, но он так и не научился держать правильно косу. Оказалось бесполезным обучать его плотницкому ремеслу, хотя Орм и Рапп потратили много времени на это. Когда же он попробовал нарубить дрова для пекарной печи, то попал себе по ноге, и, когда они пришли за поленьями, он лежал в луже крови и стонал. Оправившись от этой раны, он вызвался пойти с еще одним человеком проверить верши на реке, но там на него напал огромный угорь, который обвился вокруг его руки. От ужаса он перевернул плоскодонку, и вся добытая рыба оказалась в воде, а они с напарником с трудом добрались до берега целыми и невредимыми. Итак, он был необходим в церкви и в доме, когда вечером все садились  за ручную работу, а он рассказывал истории о святых императорах, но в остальном он был для всех обузой, поскольку не мог выполнить простейшей работы. Все же никто не относился к нему с неприязнью, а все женщины, начиная с Асы и Ильвы и кончая молодыми работницами, постоянно хлопотали над ним и всегда высказывались в его защиту.

Ранней весной того года Рапп Одноглазый взял себе в жены дочь крестьянина по имени Торгунн, чьего согласия он добился легко, несмотря на отсутствие одного глаза, ибо он прослыл как видавший виды мореход и человек, искусный в бою. Рапп заставил ее креститься, и она сделала это без промедления и не пропускала с тех нор ни одной службы. Она была миловидна и умело справлялась со своими обязанностями по дому. Рапп и она были довольны друг другом, хотя он иногда принимался ворчать, что ее трудно заставить умолкнуть и что она никак не принесет ему ребенка. Ильве она пришлась по душе, и они часто сидели вместе и доверительно беседовали, и им всегда находилось о чем поговорить.

Случилось так, что однажды всем домочадцам пришлось пойти в лес, дабы отыскать заблудившихся телок. Их поиски не увенчались успехом. К вечеру, когда Рапп с пустыми руками возвращался домой, он услышал какие-то звуки, доносившиеся из березовой рощи, и направился туда. Он увидел у большого валуна лежащую Торгунн и магистра Рэйнольда, склонившегося над ней. Больше он ничего не увидел, поскольку трава была высока, а заслышав его шаги, оба вскочили на ноги. Рапп стоял, не говоря ни слова, но зато Торгунн сразу нашлась и, прыгая на одной ноге, обрушила на него поток слов.

— Вот уж удача так удача, что ты оказался поблизости, — сказала она, — теперь ты поможешь мне добраться до дома. Я вывихнула колено, споткнувшись о корень, лежала здесь и звала на помощь, пока этот добрый человек не услышал меня. У него не хватило сил поднять меня и донести на себе, но он прочитал молитвы над моим коленом, и мне стало лучше.