Читаем Драконы моря полностью

— Как ты мог заметить, он был немного медлителен, — ответил Токи, — кроме того, он не был так искусен во владении мечом, как я. Но нельзя с него спрашивать слишком много, ведь я лучший боец на мечах в нашем отряде. Все же он был человеком сильным, надежным и хорошего рода. Его звали Али, его отец засевает двенадцать бушелей[4] ржи. В море он уже выходил дважды, так что если ты будешь владеть веслом так же хорошо, как и он, значит, ты неплохой гребец.

Услышав все это, Орм воспрял духом и принялся за еду. Но спустя несколько минут он спросил опять:

— А кто был тот, кто уложил меня на землю?

Крок сидел неподалеку от них и слышал их разговор. Проглотив последний кусок, он расхохотался, поднял свою секиру и произнес:

— Вот девушка, что тебя поцеловала. Если бы она тебя укусила, ты бы уже не спрашивал ее имени.

Орм посмотрел на него такими глазами, как будто он никогда и жизни не моргал, и сказал со вздохом:

— У меня не было шлема, и я запыхался от бега, если бы не это — все пошло бы иначе.

— Ты тщеславный молокосос из Сконе, — сказал Крок, — и к тому же воображаешь себя бойцом. Но ты еще молод и тебе не хватает благоразумия настоящего воина. Предусмотрительные люди не забывают шлем дома, когда они выбегают из дома спасать овец, они его по забывают, даже когда у них украли их собственную жену. Но, кажется, ты из тех людей, которым благоволит судьба, может быть, ты и принесешь нам удачу. Мы уже видели три проявления ее благосклонности к тебе. Сперва ты шлепнулся на камни, когда в тебя летели копья, затем, у Али, которого ты убил, нет родича или близкого друга среди нас, дабы отомстить за него, и, наконец, третье, я не убил тебя, поскольку мне нужен был гребец, чтобы заменить Али. Посему я верю, что ты человек, которого преследует большая удача, и тем самым ты можешь быть нам полезен. Поэтому я дарую тебе свободу и беру в нашу ватагу при условии, что ты согласен взять весло Али.

Все нашли, что Крок говорил хорошо. Орм задумчиво прожевал мясо и сказал:

— Я принимаю твой дар и не думаю, что я должен стыдиться этого, несмотря на то, что ты украл моих овец. Но я не буду грести как простой раб, ибо во мне благородная кровь. И хотя я молод, я держался как настоящий воин, убив Али один на один. Именно поэтому я требую, чтобы мне вернули мой меч.

Слова Орма вызвали долгий и запутанный спор. Одни говорили, что он не имеет прав на такое требование и должен довольствоваться тем, что ему дарована жизнь; другие же отметили, что гордость — не изъян в молодом человеке и требование того, к кому благоволит судьба, нельзя так просто пропускать мимо ушей. Токи рассмеялся и сказал, что ему кажется странным, что так много людей — целых три корабельных команды — беспокоятся: можно ли носить парню меч или нет. Человек по имени Калф, которому не нравилось требование Орма, хотел драться с Токи за такие слова. Токи ответил, что рад оказать ему такую услугу, как только тот наконец доест овечью почку, с которой он уже так долго мучается. Но Крок запретил им драться по такому пустяковому поводу. Кончилось все тем, что Орм получил свой меч обратно, но с условием, что будущее покажет, как к нему относиться — как к рабу или как к напарнику. Кроме того, Орм заплатит за меч, ибо это было истинно прекрасное оружие, и он должен добыть не хуже в ближайших походах.

К этому времени поднялся легкий бриз. Крок сказал, что им было бы хорошо этим воспользоваться, и отдал приказ готовиться к отплытию. Они все поднялись на борт, и корабли двинулись по пути через Категат на полных парусах. Орм долго смотрел на море и потом сказал, что им повезло, так как в это время года дома остается очень мало кораблей. Иначе, насколько он знает свою мать, она бы давно уже шла бы за ними по пятам с войском, состоящим из половины населения всего Моунда.

Затем он протер рану на голове и смыл с волос запекшуюся кровь; при этом Крок заметил, что шрам на лбу ему пригодится, дабы красоваться перед женщинами. За это время Токи нашел ему шлем из старой кожи, но с железным обручем. Он сказал, что на сегодняшний день это уже не шлем, но он нашел его у вендов и ему больше нечего предложить Орму. Вряд ли он сможет предохранить от удара секирой, по все же это лучше, чем ничего. Орм примерил шлем и решил, что он подойдет ему, когда спадет опухоль. Он поблагодарил Токи, и оба убедились, что они стали друзьями.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Добро не оставляйте на потом
Добро не оставляйте на потом

Матильда, матриарх семьи Кабрелли, с юности была резкой и уверенной в себе. Но она никогда не рассказывала родным об истории своей матери. На закате жизни она понимает, что время пришло и история незаурядной женщины, какой была ее мать Доменика, не должна уйти в небытие…Доменика росла в прибрежном Виареджо, маленьком провинциальном городке, с детства она выделялась среди сверстников – свободолюбием, умом и желанием вырваться из традиционной канвы, уготованной для женщины. Выучившись на медсестру, она планирует связать свою жизнь с медициной. Но и ее планы, и жизнь всей Европы разрушены подступающей войной. Судьба Доменики окажется связана с Шотландией, с морским капитаном Джоном Мак-Викарсом, но сердце ее по-прежнему принадлежит Италии и любимому Виареджо.Удивительно насыщенный роман, в основе которого лежит реальная история, рассказывающий не только о жизни итальянской семьи, но и о судьбе британских итальянцев, которые во Вторую мировую войну оказались париями, отвергнутыми новой родиной.Семейная сага, исторический роман, пейзажи тосканского побережья и прекрасные герои – новый роман Адрианы Трижиани, автора «Жены башмачника», гарантирует настоящее погружение в удивительную, очень красивую и не самую обычную историю, охватывающую почти весь двадцатый век.

Адриана Трижиани

Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза
Булгаков
Булгаков

В русской литературе есть писатели, судьбой владеющие и судьбой владеемые. Михаил Булгаков – из числа вторых. Все его бытие было непрерывным, осмысленным, обреченным на поражение в жизни и на блистательную победу в литературе поединком с Судьбой. Что надо сделать с человеком, каким наградить его даром, через какие взлеты и падения, искушения, испытания и соблазны провести, как сплести жизненный сюжет, каких подарить ему друзей, врагов и удивительных женщин, чтобы он написал «Белую гвардию», «Собачье сердце», «Театральный роман», «Бег», «Кабалу святош», «Мастера и Маргариту»? Прозаик, доктор филологических наук, лауреат литературной премии Александра Солженицына, а также премий «Антибукер», «Большая книга» и др., автор жизнеописаний М. М. Пришвина, А. С. Грина и А. Н. Толстого Алексей Варламов предлагает свою версию судьбы писателя, чьи книги на протяжении многих десятилетий вызывают восхищение, возмущение, яростные споры, любовь и сомнение, но мало кого оставляют равнодушным и имеют несомненный, устойчивый успех во всем мире.В оформлении переплета использованы фрагменты картины Дмитрия Белюкина «Белая Россия. Исход» и иллюстрации Геннадия Новожилова к роману «Мастер и Маргарита».При подготовке электронного экземпляра ссылки на литературу были переведены в более привычный для ЖЗЛ и удобный для электронного варианта вид (в квадратных скобках номер книги в библиографии, точка с запятой – номер страницы в книге). Не обессудьте за возможные технические ошибки.

Алексей Варламов

Проза / Историческая проза / Повесть / Современная проза