Читаем Драконы Аргоната полностью

– А что это такое? – спросил Джак.

– Металл такой, его еще называют антимоний, – пояснил Мануэль. – Штука действительно ядовитая.

– А вот что это за Зерновая Ассоциация, так выяснить и не удалось.

– И без того ясно, что все подстроили аубинасцы, – сказал Свейн.

Успевший основательно проголодаться, Базил радостно уминал плотный завтрак. Релкин притащил жбан с утренней порцией легкого пива. Дракон собирался поесть, а потом завалиться спать. В это утро он упражнялся с мечом так интенсивно, что мог рассчитывать на освобождение от дальнейших тренировок и отдыхать до предстоящего во второй половине дня смотра.

Релкину же предстояло вернуться к ведьмам, собиравшимся продолжить допрос после полудня. Драконира, само собой, это отнюдь не радовало.

После того как пустую посуду вернули на кухню, Релкин еще раз проверил снаряжение. Перед ужином ему следовало непременно побывать в аптеке. А до того он опять будет отвечать на бесконечные вопросы. Официально считалось, что драконир Релкин вызван в Службу Провидения, но на самом деле им занималась Служба Необычайного Провидения. По правде сказать, юноша предпочел бы оказаться в любом другом месте, пусть даже в лесах Земель Ужаса, населенных гигантскими хищными «пуджиш». Однако в положенное время он снова сидел в затхлой комнатушке, в компании Селеры и Белл. Селера начала допрос и, как всегда, сосредоточилась на мыслительных процессах. Ее интересовало все происходившее в его сознании в критические моменты битвы за деревню Куош. Релкин честно пытался хоть что-то объяснить. В глубине души он понимал: ведьмы действительно пытались выяснить нечто очень важное.

– Схватка была отчаянная и длинная. Не знаю, доводилось ли вам бывать в сражениях, но поверьте, они очень выматывают. Если бой продолжается дольше нескольких минут, вы устаете так, что теряете ясность мысли. Сознательно я ни за что бы не стал пытаться передать мысленное сообщение в лагерь Кросс Трейз. Я не волшебник, да и не хочу им быть. И как мне удалось то, что было сделано в Мирчазе, я тоже не знаю. Да и знать не хочу. Я опасаюсь за свой рассудок, боюсь сойти с ума. Мне даже думать обо всем этом не хочется.

– Но ты должен, Релкин. Мы обязаны выяснить все, что можно. Не исключено, что это переломный момент истории.

– Ну, если так… – Релкин тяжело вздохнул. Ведьмы заставляли его чувствовать себя виноватым, как будто он что-то умалчивал.

Снова потянулась бесконечная череда вопросов, и снова об одном и том же. Они пытались выяснить, что же происходило в его мозгу, когда Куош был наполнен дымом и ужасом. Время шло, но особенного успеха не наблюдалось. Юноша даже не заметил, как отворилась дверь и в комнату вошла Лессис. Белл и Селера умолкли и склонили головы перед Серой Леди. Она кивнула в ответ.

– Я подумала, что, может быть, пригожусь вам. Я ведь и сама побывала в Куоше, к тому же неплохо знаю нашего юного друга.

Релкин малость приободрился. Водить знакомство с Лессис было небезопасно, но в данном случае ее прозорливость и огромные знания действительно могли пригодиться. Если от кого и стоило ждать помощи, так это от нее.

– Добро пожаловать, леди. Мы весьма польщены.

Селера поднялась и принесла стул. Лессис уселась в уголке, подальше от стола, откуда могла наблюдать и за ведьмами, и за драконопасом.

– Как я понимаю, вы анализируете события в Куоше?

– Да, леди, – ответила Белл, – тот момент, когда ему удалось оказать магическое воздействие на Кросс Трейз.

– И я уверена, что ему почти нечего сказать?

– Увы, это так.

Заговорил Релкин:

– Я тут как раз рассказывал им о том, что в настоящем бою человек очень быстро устает. А тот бой был ожесточенным и очень долгим. Схватки следовали одна за другой – да вы и сами все помните.

– Помню, – кивнула Лессис. Чудовищную усталость и ужас той ночи она с удовольствием вычеркнула бы из памяти. Как, впрочем, и многое другое.

– Ну так вот. Я был страшно вымотан, дошел до точки и почти ничего не соображал. И в этом состоянии я мысленно представил себе Кросс Трейз. Лагерь и Драконий дом. Потом я подумал о драконах и постарался как можно отчетливее представить их в своем сознании. Ну, словно бы когда молишься – я так и сказал этим леди.

– Как будто молишься?

– Ага, когда возносишь молитву Богине или, может быть, старым богам. Пытаешься увидеть их, когда читаешь молитву.

– Ах, Релкин, неужели ты по-прежнему веришь в старых богов?

– Ну, мне порой самому трудно понять, во что я верю. Иногда старые боги кажутся мне более реальными, иногда нет. Эльфийские лорды в Мирчазе тоже толковали о богах, но я так и не разобрался, о тех же или о каких-то других. По-видимому, существует множество богов, да еще и Богиня. От всего этого голова идет кругом. Уж больно много я повидал всякой всячины, связанной с богами.