Взрывы грохотали с такой яростью, что их приглушенное эхо разносилось на пятнадцать километров и достигало развалин. Сказочные башни Высшего города накренились на тридцать градусов.

– Им не хватило ума сбросить тросы.

– Или у них не получилось.

– Похоже, они упадут на Верхний город.

Непоправимое надвигалось уже давно, и вот оно произошло: Высший город опустился на Верхний и опоры Верхнего рухнули. Тортил представил себе крики, несущиеся вместе с грохотом.

– Я пошел собираться.

– Зачем?

– Мы должны сделать все, что в наших силах, для тех, кто остался в живых.

– Не сегодня, – вмешался Одинокий Майк. – Сегодня мы должны отыграться.

И то верно. Там сейчас начнется ад. Все должно идти своим чередом.

* * *

Весь день облако дыма стервятником сидело на костях Мерод-Шена. С приходом ночи на гигантском птичьем брюхе расцвели красные отсветы пожаров. Тортил смотрел на город, пока иммуны собирались перед долгим переходом. Полночь шептала себе под нос тихие жалобы, ни к кому конкретно не обращаясь.

Над умирающим городом взорвался дедушка всех артиллерийских снарядов.

– Ядерный взрыв! – закричал кто-то. – Ударная волна…

– Нет! – рявкнул Тортил. – Не будет никакой взрывной волны. И никакого звука.

– Но…

– Это сторожевой корабль вырвался из Паутины. Они уже здесь.

– Как же так? – спросила Полночь. – Ты же говорил, что им потребуется не один месяц.

– Не потребовался. Должно быть, один из них находился на П. Джексонике. Или достаточно близко, чтобы быстро его вызвать. Идемте-ка все в бункер. И молитесь, чтобы это оказалась не «I Примагения».

13

Военконсул смотрел на стену. Полученная информация рисовала мрачную картину.

– Связь, есть что-нибудь со станции В. Ротики?

– Так точно, военконсул. Циклическое предупреждение на аварийной частоте СТАЗИСа. Обычная радиопередача. Не лучевая и не импульсная.

– Прошло много времени, – сказал военконсул первому вахтмастеру, ожидая необходимых данных, чтобы определить, какое количество солдат следует разбудить.

Наверху волновались и переругивались позабытые Богоравные.

– Ведите корабль к станции, – приказал Страт.

Оптический экран показывал огромное колесо, свободное от кораблей.

– Внутрипланетные восстания редко ввязываются во внешние операции, – заметил сверху Коул Мармигус.

– Это ввязалось. Зондирование?

– Там есть живые люди, сэр. Но с такого расстояния трудно определить их лояльность.

Военконсул резко оглянулся.

– Я разберусь с этим, сэр, – сказал первый вахтмастер.

– Оставьте.

– Я не могу допустить, чтобы мои люди грубили начальству.

– Забудьте. – Страт сосредоточил внимание на стене. Там, внизу, все было очень плохо. – Зал личного состава, разморозьте одну полковую десантную группу для действий на планете.

– Военконсул, со станции только что стартовало маленькое судно, – послышался чей-то голос. – Похоже на внутрисистемное. Рудовоз или что-то в этом роде.

– Хорошо.

– На борту никого живого, сэр, – добавили из группы зондирования.

– Направляется в нашу сторону, сэр.

– Хорошо, – повторил Страт. Суденышко являлось мошкой, не более того. – Нам нужны люди, чтобы очистить станцию от повстанцев. Богоравные, можете что-нибудь посоветовать? На моей памяти мы еще не садились на станции.

Богоравные имели доступ ко всей информации «Гемины». Кроме того, следовало соблюдать дипломатию – советоваться с ними при случае.

– Рудовоз ускоряется до девяти «же», сэр, – отметил первый вахтмастер.

– Хорошо.

– Военконсул, мы предлагаем послать батальон, – сказал Коул Мармигус.

– Так много?

– Нужно удерживать коридоры и проходы в тылу ударной группы.

Богоравный пропал с экрана. На его месте появился план станции с тактически важными точками, обозначенными красным цветом.

– Сложнее, чем я предполагал.

Страт вызвал Зал личного состава и распорядился разморозить необходимое количество солдат.

– Тридцать секунд до столкновения, военконсул.

– Хорошо. Выведите картинку на экран. А рядом покажите, как это должно выглядеть со станции.

Появились два изображения. На одном было колесо станции, тонкий рог далекой луны и приближающийся рудовоз. На другом – огромный грязно-белый, немного сплющенный ромб, ползущий по звездному небу, и рудовоз, терявшийся рядом с его громадиной.

– Десять секунд до столкновения.

– Боевой щит на максимум, – приказал военконсул.

На изображении извне сторожевой корабль скрылся за масляным мерцанием.

– Пять секунд до столкновения. Три. Две. Одна.

Оба вида растворились в буре света.

Затем на изображении извне сквозь ядерную ярость прорвался сторожевой корабль. Великий ужас даже не вздрогнул.

Военконсул усмехнулся.

– Какое-то мгновение они там, внизу, торжествовали. – Его веселье тут же иссякло. – Давайте захватим станцию, пока они не очистили базы данных.

– Пленных брать будем?

– Не вижу смысла, кроме допросов, согласно УПД[5]. Богоравные?

Богоравные помалкивали. Большой палец вниз для героев В. Ротики.

«VII Гемина» высадила десантный батальон на станции, затем развернулась, и следующий штурмовой отряд направился уже к Мерод-Шену.

14