– Нет, она ускорила изменения, которые формировались целыми столетиями. И может привести к упадку Домов.

– Я думаю, огромные новые территории вызовут настоящий бум. Нужно будет перевозить людей, строить станции, создавать внутрипланетную инфраструктуру.

– К тому же и население станет более мобильным, начнет больше интересоваться политикой. Особенно когда вступят в действие новые указы. Это будет интересная Вселенная, Алеас.

– Но мы не изменимся.

– Сторожевой флот останется Сторожевым флотом. Дракон никогда не спит.

108

Тортил наблюдал за тем, как Провик поприветствовал Блаженного с должным почтением к председателю, а затем кивнул Шайку. Его собственный военный гений удостоился словесного приветствия, определившего его место где-то между этими двумя.

– Я принял твое предложение, Кез Маэфеле, – сказал Провик. – Я понятия не имел о том, какой кардинальный сдвиг в характере населения произошел за это время. Хотя мне следовало бы это знать. Саймон уже открыл для негуманоидов технические и контролирующие должности, поскольку не мог нанять достаточно подготовленных людей. Ему пришлось выдержать настоящую битву с директоратом. Кое-кто предпочел бы, чтобы отделениями руководили невежды из Черного Кольца.

Тортил устроился в кресле, специально сделанном для него Провиком.

– Такова природа человека. И не только вашей расы.

– Полагаю, так оно и есть. Но мы должны сдерживать свои предубеждения перед лицом необходимости. Ты уже видел прогноз, подготовленный финансовыми волшебниками Блаженного?

– Нет.

– Он загружен в установку, прокрути его.

Тортил просмотрел отчет. Чтение оказалось нелегким. Блаженный с Провиком болтали о Пласидии, наследнице, произведенной на свет Тиной. Блаженный души не чаял в девочке, только что научившейся ходить. Затем они перевели разговор на Полночь, затем на охвативший Трегессер-Горату вихрь общественной жизни и извечных сплетен.

Тортил дочитал до конца.

– Мрачные перспективы. Если твое будущее связано с одним из Домов.

– Мне оно не видится в черном свете, – сказал Блаженный. – Мы не утратим ни положения, ни собственности. Даже продолжим развиваться. Просто не будем контролировать такую большую долю. Кейбл, взгляни на отчет и ты. Там показано наше место в пространстве Канона, внезапно расширившемся в полтора раза.

Тортил дал дорогу Шайку. Кейбл пробежался по отчету так, словно понимал в нем каждое слово. Поразительно. Впрочем, Кейбл мог удивить кого угодно. В особенности Блаженного.

– Так в чем все-таки дело, Лупо? – спросил Блаженный.

– Мы должны подумать о будущем. – Провик сложил пальцы домиком. – Кез Маэфеле предложил мне изучить отчеты переписи населения. Я так и сделал. Большинство наших сотрудников с низкой квалификацией – это негуманоиды и артефакты. Не имеющие никаких причин сохранять верность нам. Среди опытных сотрудников и руководителей соотношение пятьдесят на пятьдесят.

– И что с того?

– В твоем докладе не учитывается состав рабочей силы. Они могут уйти от нас. Особенно учитывая вот это.

Он раздал всем распечатанные на трех листах документы.

Блаженный взглянул на свой экземпляр.

– Когда это пришло?

Тортил не расслышал ответа, целиком поглощенный чтением. Это была директива флота, такая же неоспоримая, как любой закон природы.

Они хотели набрать пять миллионов добровольцев. Им мог стать любой гражданин Канона, способный пройти отбор.

Еще большим потрясением стал параграф, в котором полные гражданские права распространялись на всех жителей Канона, если те никогда не поднимали оружие против Канона и могли документально подтвердить это.

Негуманоид на борту сторожевого корабля? Неужели такое возможно?

– Что ты об этом думаешь? – спросил его Провик.

– Думаю, это самый опасный документ из всех, что вы когда-либо видели. Призывом волонтеров он парализует вас. И пока вы остаетесь в оцепенении, он законодательно закрепляет то, что уже применяется на практике. Документ оставляет какие-то крохи от привилегий Домов, но уравновешивает их ударом молота по всесилью бюрократии Канона. В нем нет ничего такого, что могло бы оскорбить значительную часть населения, однако это все равно революция, юридическое признание многорасовой сущности Канона.

– Мне это не нравится, – растерянно проговорил Блаженный, – но опасным не кажется.

– Следующий указ будет не таким мягким. И следующий за ним тоже. Эти люди смотрят на тысячи лет вперед.

В кабинет вошла подружка Провика. Вид у нее был ошарашенный.

– «VII Гемина» только что вырвалась из Паутины.

Тортил подумал, что Трегессер-Прима прямо-таки избалована внезапными ироничными поворотами судьбы. «VII Гемина»!

– Блаженный, Кейбл, есть ли в системе – в любой системе – что-нибудь, способное нас выдать? – спросил Провик.

– Мы чисты. Если только они не применят зондирование мозга.

– Вы уверены?

– Никаких упущений, – ответил Шайк. – Мы усвоили урок М. Шрилики.

– Я все проверила, – подтвердила Вторая. – Они полностью переписали реальность.