Но Джека все это волновало мало. Чем он действительно сильно заинтересовался, это двумя большими вентиляционными отверстиями в стене: одним, расположенным под потолком, и другим — рядом с полом.

У него ушла еще одна минута работы универсальной отмычкой, чтобы снять решетку с нижнего отверстия. Неуклюже вывернув шею в узком пространстве, Джек сунул голову в отверстие. Холодный воздух обдувал его шею, пока он смотрел на такую же решетку в нескольких футах от себя. Система вентиляции здесь и в пультовой была общей, и воздух перемещался в направлении отсюда туда.

Именно то, что требовалось.

— О'кей, — пробормотал он, вытаскивая голову из отверстия и возвращая решетку на место.

Он открыл дверь и осторожно выглянул наружу. Коридор был все еще пуст. Десяток торопливых шагов — и он очутился в безопасности на пассажирской половине лайнера.

— Мы отправимся за цилиндром сейчас? — спросил Дрейкос у Джека, шагающего по коридору.

Джек покачал головой.

— Сначала вернемся в каюту, — сказал он, — Я должен сделать еще пару вещей.

— А потом?

Джек глубоко вздохнул.

— Потом, думаю, начнется работа.

Глава девятнадцатая

По дороге в каюту Джек задержался в одном из ресторанов, следуя обычному правилу дяди Вирджила никогда ничего не делать на голодный желудок. Он намеренно заказал с запасом и принес остатки еды в каюту, чтобы Дрейкос мог спокойно поесть, не привлекая внимания публики.

Пока дракон атаковал свой бифштекс, Джек сидел за письменным столом и собирал маленькую, но очень едкую дымовую шашку.

С этим делом он справился скоро. Одной из прежних обязанностей Джека были отвлекающие маневры — как во время самой работы, так и в экстренных случаях, когда им приходилось быстро уносить ноги. Дядя Вирджил многому его научил, но Джек кое-что перенял и самостоятельно от некоторых дядиных друзей. А на роскошном звездном лайнере не было проблем с тем, чтобы купить или стянуть все, что ему требовалось.

На остальные приготовления тоже не ушло много времени. Скоро — пожалуй, даже чересчур скоро — все было готово.

Оставалось только сидеть и ждать.

— Ты волнуешься, — сказал Дрейкос.

Джек оторвал глаза от пасьянса, который раскладывал на столе. Дрейкос закончил есть и лежал на брюхе рядом с кроватью, положив под голову лапы, как отдыхающий пес.

“Чего не хватает для полного сходства, — подумал Джек, — так это камина с огнем”.

— Что? — спросил он.

— Я сказал, что ты волнуешься, — повторил Дрейкос, поднимая голову и внимательно глядя на Джека. — Ты волнуешься из-за этой операции?

— Так, немного, — ответил Джек, вновь склонив голову над пасьянсом. Хоть убей, он не помнил, когда успел выложил эту карту. Очевидно, он играл на чистом автопилоте. — Нет, я думаю, все будет нормально. Люди, которые разрабатывали эту систему, наверняка не предусмотрели такого варианта, какой используем мы. Это должно сработать.

— Тогда чего ты волнуешься?

Джек медленно начал собирать карты.

— Я просто подумал, — сказал он, — а не лучше ли нам забыть про эту твою штуковину — ну, с камнем, который бросают в воду.

— Кои шайк.

— Да, про нее, — сказал Джек. — Может, нам просто подменить цилиндр, как они велели, и на том кончить?

Зеленые глаза Дрейкос заблестели.

— Ты предлагаешь, чтобы мы позволили им выиграть?

— Послушай, Дрейкос, они все равно выиграют, что бы мы ни делали, — сказал Джек. — Я имею в виду Корнелиуса Бракстона. Если ему приспичило получить цилиндр или захотелось убрать с дороги его владельцев, рано или поздно он это сделает. И он раздавит любого, кто встанет у него на пути. — Он отвел глаза, чтобы не встретиться с пристальным взглядом Дрейкоса. — Почему этими раздавленными должны быть мы?

Дракон с минуту молчал.

Джек тасовал карты, не осмеливаясь на него взглянуть. Однажды он размышлял на тему: что делают воины к'да с теми, кто ослушивается приказов. Теперь он поймал себя на том, что гадает — что они делают с дезертирами.

— Дядя Вирдж думает, что тебе лучше не придерживаться правил воинской этики к'да, — наконец произнес Дрейкос.

Джек быстро посмотрел на него.

— Почему ты так говоришь?

— Вы с ним это обсуждали, — сказал Дрейкос. — В космопорте на Варгане.

Джек поморщился. Он забыл, какой острый у дракона слух.

— Это была личная беседа, знаешь ли.

— Приношу свои извинения, — сказал Дрейкос. По его голосу было ясно, что он вовсе не чувствует себя виноватым. — Факт остается фактом: дядя Вирдж рассматривает все твои действия под единственным углом — пользу они тебе принесут или вред.

— А что тут плохого? — спросил Джек. — Кто еще подумает о том, что мне нужно?

— Я согласен, что ты должен заботиться о себе, — сказал Дрейкос. — Но твоими действиями и решениями должно руководить нечто большее, чем соображения только о своем личном удобстве и своей личной безопасности.

— Знаю, знаю, — усмехнулся Джек. — Жизнь для других! Благородные дела в противовес злу. Самопожертвование ради великой цели. Мне продолжать?

— Ты говоришь с насмешкой, — холодно сказал Дрейкос. — Но ты прав. Бывают времена, когда каждый должен выбрать свой путь, исходя единственно из того, что он считает правильным.