<p>Кира Суворова</p><p>Дракон чихнул</p>

<p>Пролог</p>

Принц шагнул ближе и совершенно невоспитанно матюкнулся, упоминая дракономать.

— Но как?! — уставился он на магический прибор, а потом на меня.

Любопытные гномы просочились мимо стражи и друзей принца. Роста бородатому малышу и его спутнице едва хватило, чтобы заглянуть в шкатулку.

— Беременная девственница? И сразу от четверых драконов? — подёргал себя за бороду гном. — Действительно, как такое может быть?

— Нуууу… — протянула гномка. — Если мужское достоинство очень маленькое, то чисто теоретически…

— Вот прямо настолько маленькое? У дракона?! — удивился светловолосый стражник.

И все обернулись на друзей принца.

— Да нормально у нас всё с размерами! — не выдержал рыжеволосый.

— Хммм, а в книгах пишут, что прям гиганты, — фыркнула гномка. — Вечно преувеличивают эти писаки!

— Или по заказу драконов дезинформируют, а потом у женщин разочарование, порушенные надежды и депрессия, — ухмылялся гном.

— Да мы её и пальцем не тронули! — снова завёлся принц.

— А это тогда как объясните?! — взревел светловолосый стражник и рванул с меня плащ.

Подсохший клюквенный соус на светлой тунике и легинсах смотрелся особенно живописно. Прямо хоть сейчас на хэллоуин отправляйся, приз за лучший костюм невинно убиенной и обесчещенной обеспечен. То есть как минимум зверски обесчещенной. Я будто искупалась в крови. Ну, если не приглядываться и не принюхиваться к пятнам.

— К тому же, девушка не достигла второго совершеннолетия, ей всего сорок три года, — почти промурлыкала демоница-адвокат. — Дорогая, а где твои родственники?

— Умерли, — честно призналась я, ошеломлённая известием о беременности.

Нет, я ничего не имела против детей, в таком возрасте это просто чудо. Ага, чудо вдвойне, если принять в расчёт мою затянувшуюся девственность. Но почему меня назвали несовершеннолетней?! Да мне паспорт скоро менять в последний раз. Вроде как в сорок пять люди уже достаточно старые и больше не меняются.

— Малышка! — сочувственно воскликнула демоница. — Хочешь, я стану твоим опекуном?

Я заторможенно кивнула и ко мне полетел золотистый шарик с её ладоней.

— Нет! — взвыли друзья принца, но снова не успели ничего сделать — искорки уже впитались в мою руку.

— Итак, на правах официального опекуна несовершеннолетней беременной, завтра жду вас в суде, — деловито протараторила демоница и потащила меня к выходу.

— Подождите! — стражники у дверей преградили нам путь. — Надо сперва установить, как всё же вышло, что ваша подопечная оказалась беременной девственницей.

— Так вам гномы всё уже объяснили, — ухмыльнулась демоница.

— Но они меня действительно не трогали! — возмутилась я.

Мне совсем не улыбалось получить в чужом мире сомнительную славу. Похоже, придётся задержаться здесь надолго. И как с такой репутацией на улицу выйти? Да и детей потом задразнят. Нет уж! Надо сразу пресечь ненужные домыслы и отстоять репутацию.

— Тогда рассказывайте с самого начала, — владелец кабинета, оказавшийся наставником принца, уселся в своё кресло за столом, а гномы утопали к скамейке у дверей.

______________________________

Дорогие читатели! Рада приветствовать вас в своей новой книге История пишется в рамках литмоба "Крылатая Любовь" https:// /shrt/hzhJ

<p>Глава 1</p>

Никогда не боялась лифтов. А зря!

Ведь могла бы со своего пятого этажа и пешком спуститься, но смутили гостеприимно открывшиеся двери опасного средства передвижения по вертикали. А ещё опять заныла поясница совершенно не вовремя. И я шагнула внутрь кабинки, нажимая на кнопку первого этажа.

И что там опять случилось? Студенческое общежитие — вообще сплошное скопище вечных проблем, я к этому за долгие годы работы комендантом уже привыкла. Но дикие крики какого-то первокурсника заставили поторопиться.

— Там такое!!! На вахте! Быстрее! — проорал почти двухметровый мальчик восемнадцати лет, едва я открыла дверь своего блока, услышав громкий стук.

Парень унёсся обратно, к лифту и основной лестнице, а я поправила пояс из собачьей шерсти, елозивший по намазанной неведомой мазью пояснице, и потопала вслед за ним.

Нет, я вообще-то не древняя старушка и в таких «корсетах» не хожу обычно. Просто вчера вечером заныла поясница. А сегодня утром я сдуру пожаловалась на неприятные ощущения вахтёрше. Лидия Николаевна тут же вынула из бездонных закромов под своим столом объемистый пояс, пованивающий псиной. А к нему выдала и вонючую мазь.

— Ну всё, даже до «ягодки опять» ты, Марина Викторовна, не дотянула. Вот уже и стариковские болячки пошли, — покачала головой вахтёрша.

На правах старшей она сразу начала мне «тыкать», но всё же пыталась соблюдать субординацию, обращаясь по имени отчеству. Кстати, в той же манере она общалась и с остальным руководством нашего ВУЗа. Много лет назад, когда я только заступила на должность, Лидия Николаевна уже сидела на своём коронном месте, одинаково строгая и к студентам, и к начальству.