Читаем Дракон полностью

Кен не поверил своим ушам. В последний раз он слышал слово «мэр» еще до того, как умер дядя Рой. Печальный и скучный дядя Рой, чей дух был сломлен. Приход Локи изменил жизнь в Пещере. От Кена не ускользнуло то обстоятельство, что сейчас все выглядит в точности наоборот: он был чужаком, бедствием, монстром, убийцей, который мог утопить постурбан в крови.

– Шестнадцать месяцев – большой срок, – заметил он таким тоном, что нельзя было понять, сколько издевки содержится в этих словах.

– Я обязан поддерживать закон и порядок в своем городе, – продолжал сугг с отчаянной твердостью. И добавил: – Любыми средствами.

Кен подумал, что, окажись на его месте, например, Мортимер, Отмеряющий Смерть, «мэр» был бы уже мертв. Окончательно и бесповоротно. Эта фраза – «в своем городе» – стоила бы суггестору жизни. Закон, порядок. Еще два пустых слова. Какой смысл произносить их, если ты не можешь защитить даже самого себя?

Волки одновременно вскочили, уловив беззвучный сигнал.

Рука Кена метнулась к горлу сидевшего напротив человека. Тот заметил это лишь тогда, когда когти вонзились в его кожу. Но неглубоко. Кажется, до сугга дошло, что он мог быть убит прежде, чем понял бы, с какой стороны нанесен удар.

Поэтому он заговорил иначе – но не раньше, чем Кен разрешил ему говорить.

– Нам не нужна война. Мы заплатим выкуп. Отдадим все, что у нас есть.

«Что ты станешь делать, несчастный, если я скажу, что возьму твоих детей?» – с горечью подумал Кен. Он краем уха слушал «мэра» – тот монотонно и медленно словно Поднятый, рассказывал о «женщине с седой шерстью» – и думал, кто и на что хотел спровоцировать его, подослав этого человечка. На убийство? Но убийство сугга супером было обычным делом. Внезапно Кен понял: его просто пытались задержать. И уже становился лишним вопрос, откуда суггестор узнал о двоих суперах из четверых им упомянутых.

Вскоре он рассматривал мрачное сооружение, превращенное в крепость, которое местные уже успели назвать Домом Дракона. Оно было погружено в темноту и, несмотря на теплящиеся СЛЕДЫ суперов, казалось пустым, покинутым даже Тенями. Но возможно, только казалось. Тот, кто поставил экран, наглухо отгородивший Кена от детенышей, мог проделать подобный фокус и здесь.

Кен понимал, что рано или поздно ему придется войти и обыскать дом. Понимал он и то, как мало у него шансов против троих противников. Хватило бы и одного Дракона. Но он не видел смысла в ловушке, из которой исчезает приманка. Это его вдвойне настораживало. Он очутился в тупике.

Хотя от дома его отделяло расстояние в несколько сотен шагов, Кен мог оценить масштабы приготовлений. Восстановленные участки стен отличались от старых оттенком и качеством кладки; бойницы были расположены со знанием дела. Святой не ошибся, когда говорил: «Он ждет тебя». Но означало ли это обещание неизбежной схватки? Слишком просто…

Кен замкнул кольцо, изучая дальние подходы к укрытию. Серый снег, наметенный за время недавней бури, оставался нетронутым. Сугги и миты благоразумно убрались из стоявших поблизости уцелевших зданий. Вокруг Дома Дракона образовалась мертвая зона радиусом с полкилометра. Молнии, почти непрерывно сверкавшие на востоке, выхватывали из темноты фасад, чем-то похожий на звериную морду. Зверь спал и грезил о Тенях, которые разбудят его.

Внезапно Кен заметил красноватый свет, мелькавший внутри дома. Его источник перемещался от бойницы к бойнице – сначала на втором этаже, а затем и на первом. Пропал ненадолго и снова появился справа от угловой башни – очевидно, там, где находился один из замаскированных выходов.

Вскоре Кен различил темную фигуру, которая несла мертвую голову, из глазниц и открытого рта которой били лучи света, – общепринятый среди суперов предупреждающий знак, Красная Лампа. Иногда такие вывешивались на окраинах захваченных станов во избежание «лишнего» кровопролития – маяки безумия на берегах смерти.

Кен выжидал, сканируя мертвеца. Спустя несколько секунд он узнал Поднятого. Локи, навеки проклятый посланник неведомого ада, шел медленно, пробираясь через сугробы и утопая в них по пояс, вспахивая ногами снежную целину. В одной руке он держал свою Лампу, а в другой – оружие, которого Кен прежде никогда не видел.

Приблизившись, Локи бросил оружие в снег. Оно упало в трех шагах от Кена. Странные обводы, незнакомый принцип действия, неизвестный материал – что-то вроде сверхпрочной керамики. Непостижимым образом ЖИВОЕ. Во всяком случае, обладающее способностью к воспроизводству. Кроме того, оружие явно предназначалось для существа, имевшего гигантскую трехпалую кисть. Чужой убийца без запаха. Еще не побывавший в Алтарной Норе…

Локи спросил со смехом:

– Ты нашел свою голову, сынок? – И поставил Лампу рядом с оружием. – Если нет, возьми эту и отнеси ему СВЕТ.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аччелерандо
Аччелерандо

Сингулярность. Эпоха постгуманизма. Искусственный интеллект превысил возможности человеческого разума. Люди фактически обрели бессмертие, но одновременно биотехнологический прогресс поставил их на грань вымирания. Наноботы копируют себя и развиваются по собственной воле, а контакт с внеземной жизнью неизбежен. Само понятие личности теперь получает совершенно новое значение. В таком мире пытаются выжить разные поколения одного семейного клана. Его основатель когда-то натолкнулся на странный сигнал из далекого космоса и тем самым перевернул всю историю Земли. Его потомки пытаются остановить уничтожение человеческой цивилизации. Ведь что-то разрушает планеты Солнечной системы. Сущность, которая находится за пределами нашего разума и не видит смысла в существовании биологической жизни, какую бы форму та ни приняла.

Чарлз Стросс

Научная Фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези