Ёсису удовлетворительно кивнул.

— Тогда нам нечего бояться.

— Вполне обоснованное заключение, — заявил решительно Сума. — Мы слишком серьезно отнеслись к дурному сну, которому никогда не суждено стать реальностью.

Тишина воцарилась в богато разукрашенном офисе. Четверо мужчин молча сидели, каждый из них думал о своем. Через минуту внутренний телефон на столе Сумы прозвонил. Он взял трубку и несколько секунд молча слушал. Затем положил трубку.

— Моя секретарша сообщила мне, что повар приготовил ужин, он в моей столовой. Я буду очень рад, если мои глубокоуважаемые гости окажут мне честь поужинать со мной.

Ёсису медленно поднялся на ноги.

— Я с радостью принимаю это приглашение. Зная великолепное искусство вашего повара, я надеялся, что вы попросите меня остаться на ужин.

— Прежде чем мы прервем нашу беседу, — сказал Цубои, — я хотел бы обсудить еще один вопрос.

Сума кивнул.

— Говори, Ичиро.

— Ясно, что мы не можем продолжать взрывать ядерные бомбы всякий раз, когда недружественное правительство поднимает шум по поводу торговых ограничений или повышения таможенных пошлин. Нам нужны и другие способы давления, не столь катастрофичные.

Сума и Каматори переглянулись.

— Мы серьезно обдумывали именно эту ситуацию, — сказал Сума, — и мы считаем, что лучшим решением было бы похищение наших врагов.

— Терроризм не вписывается в традиции нашей культуры, — запротестовал Цубои.

— А как ты назовешь «Красное Братство Крови», сынок? — спокойно спросил Ёсису.

— Безумные фанатичные головорезы. Они убивают невинных женщин и детей во имя туманной революционной догмы, которая всем нормальным людям представляется полной чепухой.

— Да, но они японцы.

— Некоторые из них, но большинство — восточные немцы, натасканные КГБ.

— Их можно использовать, — спокойно заметил Сума.

Цубои это не убедило.

— Я не советую иметь с ними каких-либо связей. Стоит возникнуть подозрению о наших контактах с ними, как начнутся расследования иностранных спецслужб в таких областях, которые мы не осмеливаемся открывать кому бы то ни было.

— Хидеки вовсе не защищает идею покушения на враждебных нам лидеров, — уточнил Каматори. — Он предлагает ответственность за похищения заложников, которым не будет причинено никакого вреда, возложить на «Красное Братство Крови».

— Вот это куда более разумно, — улыбнулся Ёсису. — Кажется, я понял. Ты предлагаешь «шелковую тюрьму».

Цубои покачал головой.

— Никогда не слышал это выражение.

— Это выражение из давно минувших времен, — пояснил Ёсису. — Если сёгун не хотел, чтобы его враг был убит, он похищал его и тайно помещал в роскошно обставленную тюрьму в знак уважения к пленнику. В этом случае он устраивал так, чтобы вина за исчезновение похищенного была возложена на ревнивых соперников пленника.

— Совершенно верно, — кивнул Сума. — Я построил такое помещение в небольшом, но современном поместье, которое мне принадлежит.

— Не слишком ли это рискованно? — спросил Цубои.

— Очевидное никогда не вызывает подозрений.

Каматори взглянул на Цубои.

— Если у вас есть кандидатуры в заложники, вам достаточно назвать мне их имена.

Цубои опустил вниз невидящие глаза, раздумывая. Затем он поднял голову.

— В Соединенных Штатах есть два человека, вызывающие много неприятного для нас шума. Но вы должны быть очень осторожны. Они являются членами Конгресса, и их похищение наверняка вызовет бурю возмущения.

— Если создастся впечатление, что они похищены «Красным Братством Крови» ради выкупа, это будет хорошим прикрытием их внезапного исчезновения, — сказал Сума таким тоном, словно говорил о погоде.

— Кого именно вы имеете в виду?

— Члена Конгресса Лорен Смит и сенатора Майкла Диаса.

Ёсису кивнул.

— А, понятно, это та парочка, которая добивается полного запрета на торговлю с нами.

— Несмотря на усилия наших лоббистов, они собрали достаточно голосов, чтобы протолкнуть свой законопроект через Конгресс и Сенат. Если их устранить, попытки провести такое законодательство будут сорваны.

— Их правительство будет очень сильно разгневано, — предостерег Сума. — Это может вызвать нежелательные для нас ответные меры.

— Наши лоббисты добились огромного влияния в Конгрессе, и они направят возмущение на террористов-заговорщиков. — Ярость Цубои от того, как с ним разговаривали в специальной комиссии Конгресса, еще не остыла.

— Мы и так уже достаточно потеряли лицо от враждебных выпадов американских политиков. Пора проучить их, чтоб они знали, что их власть больше не может защитить их от неприятностей.

Ёсису невидящим взглядом несколько секунд смотрел в окно. Затем он покачал головой.

— Какая жалость.

Сума взглянул на него.

— Чего тебе жаль, старый друг?

— Соединенные Штаты Америки, — мягко произнес Ёсису. — Эта страна подобна прекрасной женщине, умирающей от рака.

Глава 28

Марвин Шоуалтер сел в поезд чистого и безупречно работающего токийского метрополитена. Он не пытался сделать вид, что читает газету или книгу. Он спокойно смотрел на своих попутчиков, «делая», как говорят торговцы, двух японских секретных агентов, держащих его под наблюдением из соседнего вагона.