Читаем Дракон полностью

— И какие выводы сделали специалисты? — давил на него президент.

— Они согласились, что взрыв был ядерным, — спокойно сказал Джордан. — Ничто другое не могло вызвать столь сильного возмущения.

Кроме Джордана, который казался таким невозмутимым, словно смотрел по телевизору мыльную оперу, на лицах трех других мужчин, собравшихся в Овальном кабинете, было мрачное выражение, вызванное устрашающей мыслью, которая, наконец, была высказана открыто.

— Находимся ли мы в состоянии готовности ДЕФКОМ? — спросил президент, имея в виду шкалу готовности к ядерной атаке.

Джордан утвердительно кивнул.

— Я позволил себе приказать НОРАД немедленно объявить готовность ДЕФКОМ-три и боеготовность, а также начать сосредоточение для ДЕФКОМ-два, в зависимости от того, как прореагируют Советы.

Николс посмотрел на Джордана.

— Самолеты подняты?

— Один самолет-разведчик, «Каспер SR-90», взлетел двадцать минут назад с базы ВВС Эдвардс для проверки и сбора дополнительных данных.

— Вы уверены, что ударная волна была вызвана ядерным взрывом? — спросил вице-президент, человек сорока с небольшим лет, проведший в Конгрессе всего шесть лет, прежде чем его назначили на вторую по значимости должность в стране. Законченный политик, на совещании по разведданным он чувствовал себя не в своей стихии. — Это могло быть подводное землетрясение или извержение вулкана.

Джордан отрицательно покачал головой.

— На сейсмограммах виден резкий пик, который бывает лишь при ядерных взрывах. Отражения от землетрясения вызывают более продолжительные колебания. Контрастирование записей с помощью компьютера подтвердило этот факт. Мы получим довольно точную оценку энергии взрыва в килотоннах, когда рекогносцировщик «Каспер» соберет пробы воздуха для анализа радиоактивности.

— Предварительные оценки имеются?

— Пока не будут собраны все данные, лучшие оценки — что-то между десятью и двадцатью килотоннами.

— Достаточно, чтобы сровнять с землей Чикаго, — пробормотал Николс.

Президент боялся задавать следующий вопрос, и он колебался, стоит ли это делать.

— Могло ли … могло ли случиться так, что это взорвалась одна из наших собственных подводных лодок?

— Начальник штаба ВМФ заверил меня, что ни одного нашего судна не было в радиусе пятисот километров от этого места.

— Тогда, может быть, русская подлодка?

— Нет, — ответил Джордан. — Я уведомил моего коллегу в СССР, Николая Голанова. Он поклялся, что все советские ядерные надводные суда и подлодки целы, и, вполне естественно, называет нас виновниками этого происшествия. Хотя я на сто процентов уверен, что он и его люди знают, что это не так, они никогда не признаются, что точно так же блуждают в потемках, как и мы.

— Мне незнакомо это имя, — сказал вице-президент. — Он из КГБ?

— Голанов входит в Комитет по международной и государственной безопасности при Политбюро, — терпеливо объяснил Джордан.

— Он может солгать, — предположил Николс.

Джордан пристально посмотрел на него.

— Николай и я работаем в контакте друг с другом уже двадцать шесть лет. Нам приходилось друг друга разыгрывать и дурачить, но мы никогда не лгали друг другу.

— Если ни мы, ни Советы не несем ответственности за этот инцидент, — президент размышлял вслух, его голос стал странно мягким, — то тогда кто же?

— По крайней мере у десятка других стран имеются ядерные бомбы, — сказал Николс. — Любая из них могла провести испытание.

— Вряд ли, — ответил Джордан. — Невозможно сохранить такие приготовления в тайне от нашей глобальной сети сбора разведданных. Я предполагаю, что вскоре мы выясним, что это был непреднамеренный несчастный случай — ядерное взрывное устройство, которое никто не собирался взрывать.

Некоторое время президент выглядел задумчивым, затем спросил:

— Нам известно, какой стране принадлежали суда, находившиеся вблизи места взрыва?

— Пока что не все подробности известны, но похоже, что к инциденту причастны три судна, хотя некоторые из них могли оказаться там случайно. Это норвежский грузопассажирский лайнер, японский сухогруз, перевозивший автомобили, и британское океанографическое судно, занимавшееся глубоководной разведкой морского дна.

— Там должны были быть жертвы.

— Фотографии, полученные с нашего спутника, которые были сделаны до и после инцидента, показывают, что все три судна исчезли и, вероятно, затонули во время или сразу после взрыва. Выживание людей, находившихся на борту, очень сомнительно. Если огненный шар и ударная волна не прикончили их, то сильная радиация сделает это за очень короткое время.

— Как я понимаю, спасательная экспедиция запланирована, — сказал вице-президент.

— Корабли ВМФ, базирующиеся на островах Гуам и Мидуэй, получили приказ идти к месту происшествия.

Президент все время смотрел на ковер под ногами, будто видел там что-то.

— Мне не верится, что англичане провели секретное ядерное испытание, не уведомив об этом нас. Их премьер-министр никогда бы не стал действовать у меня за спиной.

— Несомненно, это не норвежцы, — сказал вице-президент уверенным тоном.

На лице президента появилось выражение недоумения.