Читаем Дракон полностью

Но я не могла дать это ему. Не могла, не сейчас.

Я подозревала, что Джем это тоже знал.

Честно говоря, в данный момент я вообще не хотела думать о Джеме, не считая напоминания себе, что мы оба сейчас не полностью в работоспособном состоянии.

Я чувствовала себя так, будто в ту же секунду, когда я сошла с чёртова самолёта, в моём свете щёлкнул какой-то переключатель. Что бы там ни было, теперь я могла думать только о том, как добраться до Ревика. Я могла думать лишь о нём, о Лили и о том, чтобы добраться туда наперёд Дракона — вытащить Ревика оттуда прежде, чем Дракон вложит пистолет в руку моего мужа и скажет ему вынести себе мозги, бл*дь.

Я знала, что это наверняка лишь худший из возможных сценариев, но не могла рационально просчитать шансы. Я не знала, какой именно опасности я страшилась, но мне очень легко было зациклиться на отсутствии информации.

Например, теперь я могла думать только том, как мало Ревика я чувствовала в тех беглых отголосках его света, которые я уловила.

С каждым часом, что мы проводили здесь, мне приходилось прикладывать всё больше и больше усилий, чтобы рационально принять то, как мало контроля над происходящим я имела. Я знала, что это связано с моим паническим желанием добраться до Пекина. Я также знала, что на данном этапе эта паника просачивается во всех вокруг меня.

Особенно в Джема.

К сожалению, я мало что могла с этим поделать, чёрт возьми.

Мы вынуждены были полагать, что как только я узнаю, где нахожусь, это станет известно и Ревику. Учитывая, как сейчас обстояло положение дел с ним, мы также вынуждены были считать, что через несколько минут после этого узнает и Менлим.

Однако я не могла об этом думать.

Всякий раз, когда я пыталась об этом подумать или объяснить Джему (или даже Балидору или Врегу) те немногие вещи, которых мне удалось коснуться в свете Ревика… та паника, вибрирующая под моей кожей, усиливалась настолько, что я вообще не могла думать.

Всё ещё стараясь отвлечь себя, я посмотрела на ландшафт, испытывая одновременно раздражение и благодарность за то, что я не знала Китай достаточно хорошо, чтобы это хоть как-то мне помогло.

Я могла ощутить людей впереди.

Я даже могла почувствовать, что там наверняка много людей, при этом не простирая свой свет вперёд или в Барьер.

Я также знала, насколько это совершенно бесполезно здесь. Я могла улавливать отпечатки кучки вооружённых беженцев, лагеря рабов, одного из тысяч китайских городов и посёлков, которых я не знала… или хорошо организованной банды мародёров.

Незнание играло с моим разумом.

Оно также значительно усиливало панику в моём свете.

Я старалась контролировать себя, сжимая поручень обеими руками, когда Джем обернулся и посмотрел на меня. Вглядываясь в моё лицо, он нахмурился, затем наклонился ко мне, втиснув своё мускулистое тело в пространство между сиденьями. Он отпустил винтовку ровно настолько, чтобы обхватить ладонью мою руку и встретиться со мной взглядом.

— С ним всё будет хорошо, Элли.

Посмотрев ему в глаза, я постаралась ощутить какое-то утешение в его словах. Что угодно, помимо той бл*дской паники, которая угрожала затмить мой разум.

— Элли.

Я заставила себя кивнуть, посмотреть на него в ответ.

Однако стало только хуже, потому что в его глазах стояли слёзы.

— Я люблю тебя, — сказал он мне.

Чувствуя, как боль в моей груди усиливается, я снова кивнула ему.

Затем какая-то часть меня послала всё нахер вопреки тому, что я думала про себя буквально несколько минут назад. Он имеет право услышать это… хотя бы раз.

— Я тоже тебя люблю, — сказала я ему.

Я увидела, как он вздрогнул.

Затем та боль, которую я ощущала в его сердце, едва не ослепила меня.

Наклонившись ко мне, он поцеловал меня в губы, крепко сжимая мои волосы рукой.

Но с этим я тоже не могла справляться в данный момент.

Во всяком случае, долго.

Оборвав поцелуй и стиснув зубы, я отвела взгляд, посмотрев на пыльную землю и заметив, что дорога снова стала ровнее. Я продолжала смотреть в никуда, пока он гладил меня по лицу рукой в перчатке, посылая больше тепла в мою грудь, посылая заверение, спокойствие, любовь.

Он делал это осторожно, чтобы не спровоцировать в своём свете вспышку таких масштабов, чтобы мы стали видны в Барьере. В то же время в данный момент мы находились так близко, что я невольно погрузилась в его жар.

— Мы его найдём, — твердо сказал он. — С ним всё будет хорошо, Элли. Я тебе обещаю. Мы доберёмся туда вовремя. Доберёмся.

Я кивнула, но всё равно не могла смотреть на него.

Как бы я ни понимала, что Джем говорит абсолютно серьёзно, и как бы я ни любила его за эти заверения… я знала, что в этом нет никакого смысла.

— …Ты меня слышал, брат? — произнес голос, на сей раз сильнее.

Ревик перевёл взгляд, слегка нахмурившись от понимания, что он ничего не слышал.

Пыль клубилась в воздухе вокруг них в каком-то незнакомом месте. Бескрайние горизонты. Рифлёные шины. Неровная дорога, где люди подъехали к нему на лошадях.

Большие светловолосые воины, держащие огнестрельное оружие и копья.