Читаем Дракон полностью

Напомнив себе, что Вой Пай собиралась продать Элли тому же видящему, который теперь отдавал ему приказы, Ревик лишь покачал головой, мягко прищёлкнув.

— Нет, — сказал он. — Я не горжусь. И не ценю твоё лицемерие, — он бросил на неё взгляд. — Они были твоими союзниками задолго до того, как стали моими, сестра.

— Чтобы сохранить, — зашипела Вой Пай на него, впервые открыто показывая свою злость. — Чтобы сохранить это, Прославленный Брат! А не разорвать на куски, кирпич за кирпичом! Не для того, чтобы стереть последние древние энергии нашего народа! Эти конструкции были с любовью воздвигнуты из самого Памира! Или тебе настолько не важна наша история, что ты можешь стоять и смотреть, как это происходит, обронив лишь немножко едких крокодильих слёз… мой очень, очень юный брат?

Ревик прищёлкнул чуть резче.

— А что, по-твоему, он сделал бы, если бы вы остались союзниками? — сухо спросил он.

— Не это! Он обещал мне. Мы заключили сделки. Союз, который десятилетиями был взаимовыгодным. И оставался бы таким до сих пор, если бы твоя чёртова жена не…

Он перебил её.

— Средства имеют значение, сестра, — сказал он, награждая предупреждающим взглядом. — Средства, а не только конечный результат. Результат искажается, когда средства его достижения столь омерзительны.

— Не читай мне нотаций, мелкий говнюк! Едва от мамкиной титьки оторвался, и уже считаешь, что можешь учить меня, как быть защитником наших людей!

На сей раз Ревик повернулся к ней. Остановившись, он развернулся на пятках, держа руки скрещенными, и посмотрел на неё, приподняв бровь.

Она сердито смотрела на него, сжав кулаки вдоль боков.

Глядя на неё, Ревик почувствовал, как его злость остывает.

Почему-то из-за реальности эмоций, сочившихся из её света (а может, из-за простого факта ощущения настоящих эмоций любого видящего), он не мог испытывать искреннюю злость.

— Многие из нас потеряли почти всё, сестра, — тихо сказал он ей. — Не только ты.

Уставившись на него, Вой Пай шокировала его по-настоящему — возможно, впервые за все годы, что он её знал.

Она разрыдалась.

Глава 31. Вторая операция

Я присела за цементной стеной менее чем в девяноста метрах от входа в подземный бункер, в кромешной темноте и пронизывающем ночном холоде.

Мы задержались на несколько часов дольше, чем мне бы хотелось.

Однако теперь я чувствовала, что это начинается. Я чувствовала слабые импульсы происходящих событий из главной конструкции постройки внизу.

Некоторые из этих импульсов заставляли меня нервничать.

Я устала… всё тело ныло. У меня почти не было времени привести себя в порядок.

Приведение себя в порядок в данном случае означало наложение медицинской повязки на ногу, пока медик читала мне лекции о миллионе вещей, которые мне не стоит делать сегодня, хотя я знала, что это всё равно придется сделать. А потом я откопала себе новые штаны.

Когда я встретилась с Джемом, он добавил к моему гардеробу несколько предметов, в том числе и почти полную униформу человеческой армии.

Что ж, хотя бы Джем не читал мне лекций.

Странно, но в данный момент только его присутствие я могла более-менее нормально терпеть — может, потому что он не обращался со мной как с какой-то сломанной куклой.

Теперь я сгорбилась возле самого маленького входа в комплекс, который мы сумели найти на модифицированных планах, и чувствовала себя почти нормально. Расположенная в дальнем западном конце комплекса, дверь чёрного входа не имела въезда на машине или вообще какой-то дороги; сюда можно было только подойти пешком, по лесной местности. По словам Талей и Брукс, это также была самая высокая точка, а потому она находилась дальше всего от основных жилых и рабочих зон, используемых правительством.

Рядом со мной, возле стены у защищённого ОБЭ-забора, притаился лишь Джем.

В данный момент он бормотал себе под нос на языке, которого я не знала.

— Я тебе не мешаю? — прошептала я, глянув на него. Когда он посмотрел на меня, я закатила глаза. — Неужели после стольких лет в разведке ты всё ещё не понимаешь, что такое скрытная операция?

Даже в темноте я видела, как он слегка нахмурился.

Конечно, немного светила луна, но недостаточно ярко, чтобы я что-то хорошо различала.

Наше дыхание клубилось паром в холодном воздухе.

— Да я с таким же успехом мог бы распевать песни в голос, Высокочтимая Сестра, — сообщил он мне, говоря с обычной громкостью. — Они нас не слышат.

Я нахмурилась, но вынуждена была признать его правоту.

На той станции охраны определенно что-то происходило. Я лишь надеялась, что это происходило из-за проекции, установленной нашими людьми, а не из-за того, что они распознали проекцию, активировали общий сигнал тревоги и стреляли по всему, что движется.

Я также надеялась, что наши люди не забудут опустить бл*дское ОБЭ.

Желательно в следующие несколько минут.

— Так чего ты там бормотал? — спросила я, пытаясь отвлечься от волнения. — перечисляешь мои грехи, брат?

— Молился за твой бессмертный свет, — парировал он.

Невольно издав фыркающий смешок, я покачала головой.